– Ну, так ведь Алевтина Александровна и была помощницей по хозяйству, разве не так? И потом, ты же ей не грубила, не дерзила, нет? – спросила я.

– Ну конечно нет, ну что вы! – воскликнула девушка.

– Ну, вот и не придумывай лишнего, того, чего нет и не было. В общем, так, я тебя сейчас закрою на ключ снаружи… нет, не пугайся, не в комнате. Закрою на ключ входную дверь, так мне будет спокойнее, а сама сейчас позвоню Алевтине Александровне и… буду заниматься своими непосредственными обязанностями, – объяснила я.

– Простите, а вы из полиции? – спросила Екатерина.

– Ах да, я же не представилась тебе, не до того тогда было. Я – частный детектив, Татьяна Александровна, вместе с полицией занимаюсь расследованием убийства твоей приемной мамы Кристины Владимировны. Ну все, Катя, я пошла, время поджимает.

Я вышла из подъезда и набрала Рахматуллину.

– Алло, Алевтина Александровна? – спросила я.

– Татьяна Александровна! Ну что? Есть новости? – сразу забросала меня вопросами Рахматуллина.

– Есть! Да еще какие! Нашлась Катя! – сообщила я.

– Ну, слава богу! Прям от сердца отлегло! Как она?

– Жива и здорова. Ну, относительно, конечно, здорова. Все-таки такое пережить…

– Где она сейчас находится? – спросила Рахматуллина.

– В одном безопасном месте. Но очень хочет в коттедж.

– Так пусть возвращается!

– Она вернется через некоторое время, когда решится вопрос с Клементиной, – обтекаемо ответила я.

– Поняла. Буду с нетерпением ее ждать, – сказала Рахматуллина.

– Алевтина Александровна, будьте с Катей помягче. Она переживает, что была недостаточно с вами почтительна, сама мне об этом сказала.

– Пусть об этом даже и не думает. Я ведь и сама к ней относилась предвзято. Помните, я вам говорила, что не могла понять, как Веретенниковы могли взять в дом чужого ребенка. Все вспоминала Клементину. Ведь долгое время она мне заменяла семью, ну и супруги Веретенниковы, конечно, тоже. А потом не стало Василия Юрьевича и Кристины Владимировны. Я не говорю о Клементине, потому что она умерла, для меня умерла, хотя она и жива. Видите, как получается, – невесело усмехнулась Рахматуллина.

– Так ведь и для Екатерины Клементина тоже умерла. Но если для вас это произошло пять лет назад, то для Кати – в тот момент, когда она убила ее приемную, а свою родную мать. В общем, я надеюсь, что скоро я при-везу Катю в коттедж, – сказала я на прощанье.

Завершив разговор с Рахматуллиной, я вышла из квартиры, спустилась в подъезд и, сев в машину, завела мотор. По дороге я улучила момент, пока стояла на перекрестке, и позвонила Кирьянову.

– Володь, я поговорила с Екатериной, оставила ее в своей конспиративной квартире и сейчас еду на Лесную улицу. Как там у вас дела? – спросила я.

– Пока все нормально, все тихо, Клементина не появлялась. Парни находятся на своих постах, – ответил Владимир.

– Но Клементина должна прийти, ведь она оставила Екатерину связанной.

– А ты считаешь, что такая, как Клементина, будет думать об оставленной ею пленнице? – усомнился Владимир.

– Вообще-то ты прав, Володь. Екатерина мне такое рассказала про Клементину! Оказывается, Клементина все заранее продумала. И пришла она в коттедж, уже зная, что убьет свою мать. Естественно, Екатерина ничего об этом не знала и даже не подозревала.