Когда закончилась музыка, я медленно начала приходить в себя. Оказывается, кто-то в зале даже мне аплодировал.

Я поморгала и уставилась на сидящих за своим столиком членов жюри.

– Браво, – сказала мадам Зельда. Она встала, аплодируя мне. – Великолепно, Скарлет. Просто замечательно.

Я почувствовала, что мой рот сам собой расплывается до ушей.

– Мисс Боулер, мадам Буланже, что вы скажете? – спросила мадам Зельда.

– Ну-у, – протянула мисс Боулер, с явным усилием поднимаясь со своего места. – Хорошая работа. Даже очень хорошая, я бы сказала.

Как странно было слышать, что мисс Боулер говорит обычным голосом, а не кричит.

– Э… как уже было сказано… – начала наша француженка. – Да, это истинный балет. Тре бьен. Хорошо.

В балете она разбиралась не больше, чем я во французском.

Мадам Зельда села на стул, провела рукой по своим странным серебряным волосам.

– Спасибо, Скарлет, – сказала она. – Можешь идти.

Я сошла со сцены, а в голове у меня пульсировала только одна мысль: «Я сделала это! Я это сделала!»

Спустившись в зал, я села рядом с Айви, и она пожала мою руку. А мне хотелось скакать и вопить во все горло, хотя радоваться, пожалуй, было еще преждевременно.

Мадам Зельда вновь встала и сказала, повернувшись лицом к нам, сидевшим в зале:

– Спасибо, девочки. Распределение ролей будет сделано сегодня вечером, а список мы вывесим к завтрашнему утру. Вы найдете его в вестибюле, на доске объявлений. И хочу сразу же сказать, что вы все сегодня очень хорошо выступили. Просто превосходно, если хотите знать.

Я улыбнулась. Вернувшаяся в зал Пенни смотрела на меня, сидя в сторонке. От ее злобного и в то же время растерянного взгляда мне стало еще легче и веселей!

На следующее утро я проснулась рано, задолго до утреннего звонка. Айви тоже поднялась, и пока она сонно пыталась причесаться, я уже оделась и выбежала из нашей комнаты.

– Подожди меня! – крикнула она мне вслед, но куда там – разве я могла устоять на месте!

В почти пустом вестибюле возле доски объявлений уже собралась небольшая группа девочек – очевидно, самых заинтересованных в распределении ролей. Не стесняясь работать локтями, я стала пробираться вперед и на полпути столкнулась с Пенни, которая пробиралась от доски объявлений.

Пенни сердито отпихнула меня в сторону, и вид у нее был такой расстроенный, что все внутри у меня запело от радости.

Неужели случилось? Неужели я?

А потом я добралась до заветного листка, на котором черным по белому было напечатано:

Принцесса Аврора: Скарлет Грей.

– Да! – закричала я.

Кое-кто из девочек недовольно покосился в мою сторону, но мне на это было ну совершенно наплевать! Я быстро просмотрела весь список. Многие ведущие роли получили девочки из старших классов, но «наших» тоже было достаточно. Айви досталась роль Феи Алмазов, а Надии – роль Феи Сирени.

А увидев следующую строчку, я уже просто не знала, что мне делать – плакать или смеяться.

Принц Флоримунд: Пенелопа Винчестер.

Что ж, можно было считать, что Пенни все-таки получила одну из главных ролей. В спектакле она станет принцем, который полюбит меня. А я полюблю его.

Просто не верится!

Я оглянулась и увидела Пенни. Она стояла, привалившись спиной к стене, и лицо у нее было темнее грозовой тучи.

– Эх, Пенни, Пенни, – сочувственно покачала я головой, подойдя ближе к ней. – Неужели ты сама не понимала, что не быть тебе принцессой? Ни-ко-гда.