Должно быть, он и в самом деле переутомился за последнее время, о чем ему намекали сослуживцы. Ведь, черт побери, он даже ни на секунду не усомнился в том, что она говорила правду.

— Кто его знает, может быть, отпуск — не такая уж плохая штука.

Неужели это он сказал сейчас эти слова? С каким невероятным трудом добиться этого отпуска! Но как только этот распроклятый «Джип» вывез его под нещадно палившее солнце, которое, едва поднявшись над землей, превращало ее в раскаленную сковородку, он пожалел, что вместо отпуска не выпросил себе какую-нибудь командировку.

— Посидите пока здесь, — сказала она, — а я сейчас принесу вам ключи.

На ее лице сверкнула еще одна бесподобная улыбка, и не успел он что-либо ответить, как она исчезла.

Джек пожал плечами. Ничего не поделаешь, приходилось признать, что на этот раз он потерпел поражение. Но самым удивительным было то, что это не слишком-то его расстроило, и он был согласен смириться с этим, если она улыбнется ему еще раз.

Он осмотрелся и направился к стоявшим у стены диванчикам, на один из которых взгромоздил свой багаж, а на другой уселся сам. Таким образом, он мог теперь не обращать внимание на притягивавшую к себе магнитом пеструю обивку этих диванчиков, яркие цвета которой до боли раздражали уставшие глаза.

А эта маленькая чувственная женщина с волосами цвета воронова крыла, которая взялась опекать его, была ничего себе, даже хорошенькая.

«Эй, Танго, не увлекайся», — мысленно предупредил он себя. Он приехал сюда отдыхать и расслабляться, однако завязывать с кем-либо романтические отношения не входило в его планы. Исключено. Никакой близости с представительницами прекрасного пола — ни физической, ни платонической. И все же, чем ему повредит, если он только немножко полюбуется ею? Разумеется, ничего большего он ни в коем случае себе не позволит.

От этих мыслей разыгралось воображение, и он уже стал представлять себе различные варианты развития дальнейших событий, когда она появилась снова. Она шла к нему через вестибюль, и под ее тонкой цветастой юбкой и желтой облегающей кофточкой вырисовывался каждый изгиб тела.

Она остановилась напротив него, дразняще покачивая ключом от его комнаты так, словно это был талисман, с помощью которого открывалась дверь, ведущая в волшебный мир блаженства и наслаждения. Все, что от него требовалось, это протянуть руку и…

— С вами все в порядке? — Ее глаза расширились. — Для вас забронировано бунгало. Так что оставайтесь пока здесь, а я схожу за тележкой, чтобы перевезти в него ваши вещи.

Она говорила глубоким и немного хрипловатым голосом, но увы, не от того, что он волновал ее как мужчина, а от того, что беспокоилась о его здоровье. Неожиданно осознав это, он вдруг почувствовал, что от оцепенения, которое на себя напустил, пытаясь на время отпуска превратиться в бесполое существо, не осталось и следа. И поймал себя на том, что нежно смотрит на нее, словно влюбленный подросток, чего не делал с тех пор… ну да, с тех пор, как вышел из подросткового возраста. Черт возьми, он даже не мог припомнить, когда так заводился от вида женщины, — а она думала, что он физически болен!

Растерявшись от такого оборота дела, Джек вскочил на ноги и, заскрежетав стиснутыми зубами, подхватил свои вещи.

— Ничего не нужно. Я справляюсь сам.

Выражение ее лица не оставляло никаких сомнений, что она считала его неспособным даже выйти на улицу, не говоря уже о том, чтобы добраться до вожделенного бунгало. Он на чем свет стоит проклинал жару и то, что ему не удалось сегодня ночью выспаться как следует, из-за чего ему приходилось теперь, собрав последние силы, доказывать, что он мужчина. И в то же время ему было совершенно ясно, что своим поведением он доказывает сейчас только то, что его голова перестала разумно мыслить.