— Да, правда. Но она, кажется, поняла тебя. Просто обстоятельства так сложились.

— Это непростительно. Кроме того, что она — моя подруга, она еще и мой пациент. Я безответственно поступила.

— Ладно, все мы просто люди.

— Я — врач! — воскликнула Фил, все еще злясь на себя. — Я обязана была быть там.

— Слушай, что теперь волноваться, — сказал он спокойно. — Все в порядке. Хватит рвать на себе волосы, ладно?

Фил подняла на него голубые глаза, полные слез.

— Я пропустила похороны Милли. Он сел рядом и обнял ее за плечи. Она положила голову на его руку, и он услышал, как она глотает слезы.

— Давай, детка, — сказал он, одобрительно кивая, — лучше выплакаться. Станет легче. Он услышал, что она вдруг усмехнулась сквозь слезы:

— О, Махони, прекрати.

— У тебя тушь потекла, — сообщил он.

— Ох, черт!

— Хорошее ругательство вроде «черт» всегда помогает расслабиться, — шутливо сказал он.

— Это ты черт, — сказала Фил, отпихивая его.

Махони рассмеялся:

— Узнаю мою девочку. Давай, соберись, док. Приведи себя в порядок. У нас впереди свадьба.

Церемония началась в четыре тридцать в банкетном зале «Хиберниан», и к тому времени, когда Махони и Фил прибыли (а это было около девяти), все уже было вверх дном, и все танцевали. Ансамбль, составленный из нескольких членов Секретного Федерального Отделения Полиции, вовсю распевал хиты «Бич Бойз», и половина зала подпевала им. На танцевальной площадке толпились люди, часть собравшихся оккупировала бар, а по стенам сияли лики римских богов. Ирландские и итальянские флаги, украшавшие церемонию, свисали сверху. Невеста, прекрасная, в платье из белого шелка с кружевами и трехметровой фате, стояла рядом с новоиспеченным супругом и родителями. Махони протиснулся с Фил сквозь толпу, чтобы поздравить молодых.

— Коннорс, старина, она наконец-то сделает из тебя порядочного человека, — сказал Махони, поздравляя коллегу. Он восхищенно взглянул на невесту:

— Я всегда говорил Коннорсу, что ты слишком хороша для этого старого пня. Ты выглядишь потрясающе, детка. Великолепная невеста.

Они рассмеялись, и он, взяв Фил за руку, представил ее.

— А это Филлида Форстер, известная под именем Фил, — сказал он.

Фил удивленно взглянула на него, гадая, откуда он мог узнать ее полное имя, и вдруг очутилась в медвежьих объятиях жениха.

— Боже, Махони, — сказал он восхищенно, — где ты нашел такую? Она слишком хороша для тебя, старина.

— А, вы доктор Фил! — воскликнула Сандра, невеста.

— Только не сегодня вечером, — сказала Фил. — Сегодня я — подружка этого старого пня. Они засмеялись, и Коннорс сказал:

— Обещайте мне танец, доктор Фил. Я буду счастлив в любое время доверить вам свою нервную систему.

Большинство мужчин из команды Махони сидели в баре. Бенедетти увидел их, толкнул локтем рядом сидящего парня и сказал:

— Гляди, Махони кого-то подцепил. Все как один обернулись, и ухмылки синхронно расползлись по их лицам.

— Что ты с ней сделал, чтобы заставить пойти с тобой, Махони? — лениво спросил кто-то. — Пинками гнал?

— Слушай, умник, — ответил Махони, — мы понимаем, что ты не знаешь, как вести себя с дамой, но мы простим тебя, если ты очень постараешься. Позвольте представить вам доктора Фил Форстер.

— Врач… — задумчиво сказал Бенедетти.