— Я не хочу, чтобы в твоей жизни был еще кто-то, кроме меня.

Его ледяной тон заставил ее содрогнуться. Позже в кровати она смотрела на спящего Брэда. Он лежал на спине, широко раскинув ноги и руки. Она подумала, что его бронзовое, мускулистое тело и шелковые светлые кудри напоминают ей юного греческого бога. Такой красивый, но какой-то беззащитный. Она вспомнила их борьбу и его угрожающее лицо совсем близко; он выглядел тогда совсем иначе, чем этот человек, невинно спящий рядом. Мысль об этом испугала ее. Впервые со времени знакомства она взглядом профессионала оценила его поведение. Фил открыла дверь в квартиру и крепко захлопнула за собой. Она поставила вещи на пол и бросилась на софу, с удовольствием растянувшись на ней.

Всего лишь несколько месяцев назад эта квартира была для нее крепостью, защитой от мира. Все было спокойно и тихо. Ее жизнь была однообразной рутиной, и это ей нравилось. Ну, может быть, слово «нравилось» не совсем подходит, но, в конце концов, она была хозяйкой своих чувств, даже если и не позволяла себе проявлять их.

А потом она сдалась, и вот теперь — в плену у этого сумасшедшего ревнивца, чьи сложности характера проявляются тем сильнее, чем больше он ревнует. Умер ее лучший друг, а она даже не присутствовала на погребении. А ее пациентка, которой она обещала помощь, вынуждена одна переживать этот кризис, хотя Фил обещала быть с ней в трудный момент.

Фил сердито нахмурилась. Ее упорядоченный мир разлетался на кусочки, и она это понимала. Пришло время взять себя в руки.

Фил подняла телефонную трубку и набрала номер Би. К ее удивлению, та говорила спокойно и расслабленно.

— Я пробовала позвонить тебе на Гавайи, но не могла пробиться, — сказала Би. — И еще я поговорила с детективом Махони, и он очень помог мне. Он такой милый. Фил, такой прямолинейный. Он помог мне разобраться в себе.

— Извини, что оставила тебя, — сказала. Фил. — Мне так жаль, что я не смогла сказать последнее «прости» Милли. Как я могла так глупо поступить, не сказать тебе, куда уезжаю…

— Ладно, все в порядке. Я тебя понимаю, и Милли, наверное, тоже. Кроме того, со мной Ник. Он как скала. Фил. На него можно положиться. Не знаю, что бы я без него делала. Он сейчас со мной. Помогает мне с детьми. Скоттом и Джули, — добавила она.

Они разговаривали о наследстве и детях еще некоторое время, и Фил сказала, что это типично для Милли. Она предложила прилететь и помочь Би, но та сказала, что с ней Ник и все в порядке.

— Только не забудь, что я обещала, — сказала Фил на прощанье. — Когда я буду нужна, я всегда рядом. Можешь рассчитывать на меня.

Чувствуя себя лучше. Фил направилась в ванную, оставляя по дороге одежду. Она встала под горячий душ, желая, чтобы вода смыла усталость и ее грехи. Она размышляла, что ей делать с Брэдом.

Угрюмый и молчаливый, он доставил ее на своем самолете с Калани в Гонолулу, но она настояла на том, чтобы долететь до Сан-Франциско на коммерческом самолете.

— Это почему? — гневно спросил Брэд. Она не сказала ему, но сама знала причину: она хотела вновь обрести независимость, прежде чем все зайдет слишком далеко и она полностью потеряет контроль над ситуацией. Она не могла позволить, чтобы Брэд Кейн стал доминировать в ее жизни.

В аэропорту она хотела поцеловать его, но он сердито отпрянул. Фил быстро повернулась и пошла прочь. Она чувствовала, что он провожает ее испепеляющим взглядом, но запретила себе оборачиваться. Если Брэд хочет, чтобы все было так, она в этих играх не участвует.

Фил вышла из душа, надела свою белую просторную рубашку и побрела на кухню, размышляя, почему квартира кажется такой пустой. Она улыбнулась. Как она могла забыть? Конечно же. Котики нет.

Она набрала домашний номер Махони, но он не ответил, тогда она позвонила на работу.