— Черт меня побери. Обезьяна-то растет! — сказал он наконец с изумлением. — Он стал выше и сильнее. Может, наконец в нем проснулась кровь Кейнов? Тебе, сколько лет?

— Мне восемь лет, сэр.

— Восемь, да? — Он взглянул на Джека и спросил, ухмыляясь: — Сколько нам осталось ждать, Джек? — Потом, громко захохотав, он отвернулся от меня. — Кахану, — позвал он, — найди мальчишке работу. Если мы вынуждены терпеть его здесь еще десять лет, пусть он хотя бы приносит пользу.

— Да, сэр, мистер Арчер, — уважительно ответил Кахану.

Я отошел от них подальше и не появлялся им на глаза, все время держась возле Кахану. Иногда мы брали его маленькую лодку и ловили морских окуней, а потом запекали рыбу на костре, вдалеке от ненавистного дома. Все это продолжалось, пока Арчер не уехал в Гонолулу, а Джек, получив полную свободу, вновь начал охотиться за мной.

— Эй, Обезьяна, — заорал он, подобравшись ко мне и схватив меня за плечо, — а почему бы нам с тобой не порыбачить?

— У меня есть работа, — сказал я холодно.

— Да ладно, пойдем. Обезьяна, — сказал он легко. — Давай забудем наши ссоры. Ты теперь большой и сильный. Мы почти ровня, это я тебе говорю.

Я поглядел в его улыбающееся лицо, и предупреждающая дрожь пробежала по спине. Я не доверял ему.

— Я занят, — сказал я резко и отвернулся.

— Пойдем, Обезьяна.

Он пошел за мной, дружески положив руку мне на плечо. Я замер и повернул голову к нему. Джек трогал меня только тогда, когда хотел ущипнуть или толкнуть.

— Пойдем, парень, — сказал он вызывающе. — Не говори мне, что ты боишься.

Я был простаком. Меня разозлили его слова. В конце концов, мои походы с Кахану научили меня, как обращаться с лодкой.

— Ладно, — сказал я запальчиво.

Я пошел за Джеком по блестящему на солнце песку, и мы залезли в его маленькую лодку. Он отвязал канат и одним прыжком вскочил на борт. Мы поплыли, держа курс туда, где, как он сказал, множество морских окуней. Мне казалось, что мы уплываем слишком далеко, и я не реагировал на шутки Джека.

Спустя полчаса я немного расслабился.

— А зачем нам плыть за окунями так далеко? — спросил я. — Их тысячи прямо в бухте Шкипера.

— А те лучше, — сказал он, прикрывая глаза ладонью и вглядываясь в маленькую точку — остров, к которому мы направлялись.

Я тоже смотрел с интересом. Это было единственное другое место, которое я видел с тех пор, как три года назад попал на Калани. Ирчер решил, что я не покину остров, поэтому я не представлял себе, что такое город или школа.

Мои знания о мире, культуре и образовании остались на уровне пятилетнего ребенка. Я с волнением ждал встречи с этим новым местом, и когда лодка врезалась в песок, спрыгнул и побежал к берегу, а Джек остался сидеть в лодке с включенным мотором.

Я выбрался на берег и обернулся посмотреть на него. Он, по пояс в воде, толкал лодку в море. Я бросился назад, но он быстро вскочил в лодку и рванул прочь, запустив мотор так, что лодка подпрыгнула. Я стоял по грудь в воде и наблюдал, как лодка уносится прочь от меня. Хотя я и был хорошим пловцом, мне не удалось бы догнать лодку.

Джек стоял на середине лодки. Я увидел, как он победно помахал мне рукой и услышал его смех.

— Ну-ка, посмотрим. Обезьяна, чему ты научился, — крикнул он и умчался, оставив меня на необитаемом острове.

Он вернется, убеждал я себя. Он же не может оставить меня здесь одного. Я обернулся на прибрежные мангровые деревья и вдохнул их тяжелый, сладкий запах.