Белинда беспомощно дергалась и извивалась, зависнув над зияющей под ней асфальтовой пропастью. Она понимала, что стоит ей дернуться слишком сильно, и можно просто вылететь носом вниз. Но если она не сумеет высвободить куртку, так и останется зажатой в щели. Белинда выдохнула, отчаянно борясь с головокружением и тошнотой, грозившими взять над ней верх, изо всех сил рванулась назад с подоконника и, охнув, бухнулась на пол по эту сторону окна.

Итак, попытка побега провалилась.

Торжественное, строгое лицо Винифред Боуин-Дэвис взирало на группу людей, собравшихся перед портретом в главном вестибюле.

Холли рассчитывала воспользоваться тем, что преступники не знают внутреннего расположения школы. Поэтому вместо того, чтобы вести их прямо в подвал, она решила выиграть пару драгоценных минут и провсех сил рванулась назад с пвести их по возможности самым длинным путем.

Однако, почуяв подвох, Том Барнард схватил Холли за локоть. Его пальцы больно впились ей в руку.

— Ты что задумала? — хрипло выкрикнул он. — Шутки шутить? За дураков нас принимаешь? Думаешь, я не вижу, что ты нас кругами водишь?

— Умерь пыл, — осадил его Хэрри Оуэн. — Зачем нам осложнять ситуацию? Мы и так сможем получить то, что нам нужно.

Том Барнард, прищурившись, смерил его презрительным взглядом.

— Девчонка нас за нос водит — ее надо проучить, сама напросилась.

— Нет-нет, никакого насилия, — повторил Хэрри Оуэн. — Давай-ка лучше поскорее найдем эту картину и уберемся отсюда.

Он пристально посмотрел на Холли.

— Не вздумай морочить нам голову. Веди прямиком к картине, и тогда мы тебя не тронем.

— Не обещай того, чего не можешь выполнить, — осклабился Том Барнард. — Я еще не решил, что с ними сделаю.

Хэрри Оуэн опасливо покосился на него.

— Мы можем связать девчонок, и до завтрашнего дня их здесь ни одна живая душа не найдет. А к тому времени мы оба будем далеко отсюда, — убеждал он своего напарника.

— Я предпочитаю не оставлять свидетелей, — зловеще ухмыльнулся Барни.

Глаза Хэрри Оуэна расширились, но он ничего не сказал.

— Не трогайте их, — не выдержал Дэвид. — Со мной можете делать все, что вам вздумается, но их не трогайте.

Том Барнард только хмыкнул.

— Поздно геройствовать. Что бы ни случилось, ты все равно поедешь с нами. Может, у этого, — он кивнул в сторону Хэрри Оуэна, — хватит дурости поверить тебе насчет картины, но я с тебя глаз не спущу, пока не буду знать точно, что она и впрямь стоит столько, сколько ты говоришь. И, если это не так… — он не договорил, да в этом и не было необходимости.

В напряженной тишине раздался насмешливый голос Трейси:

— Храбрец, ничего не скажешь! Должно быть, это здорово — знать, что можешь легко расправиться с горсткой детей.

— Трейси, не надо! — испуганно вскрикнула Саманта. — Не зли их. Пусть себе забирают картину и уходят. Не надо их раздражать. И не пытайся с ними бороться.

— Бороться с ними? — повторила Трейси, глядя в лицо Тому Барнарду. — Нет, я бы на такое никогда не решилась. С такими-то здоровенными отважными мужиками?

Том Барнард отпустил руку Холли и двинулся к Трейси. Глаза его налились тупой яростью.