С другой стороны, любой древний артефакт на выбор, говорите. А ведь в этом тайнике действительно может оказаться что-нибудь стоящее. К примеру… Осколок. За столько лет сохранивший силу и только и дожидающийся того, кто сможет его использовать. От влажной фантазии я даже дышать перестал.

К рубежнику всегда все приходит само, да? Я бы перефразировал, все получится, стоит только расхотеть. Судя по всему, так оно и было. Вот и первая ласточка для освобождения Юнии.

— Умеете вы заинтересовать, Могущественный Государь, — поклонился я. — Можете считать, что я в деле.

— Хорошо, — спокойно отнесся к моему энтузиазму Святослав. С другой стороны, понятно, что иного ответа он и не ожидал. — Только и я долго ждать не намерен. На это поручение я дам вам седьмицу.

Великий Князь демонстративно расстегнул китель и вытащил из кармана брюк старые часы на цепочке. Откинул крышку, поглядел на них и произнес.

— Ваше время пошло, Матвей.

После этого он развернулся и неторопливо направился в сторону выхода. Вот ведь пижон. Я понимаю, если бы он напоминалку в телефон вбил вроде: «Через неделю надавать Моте по заднице». А еще говорили, что он новатор. Наверное, среди рубежников, но не чужан точно.

Оставшись наедине с памятником и дождем, я спросил вслух: «Ну что, Георгий Александрович, где мы искать схрон будем?». Родоначальник российского футбола, к счастью для моего душевного спокойствия, не ответил.

Я и сам понимал, что задачка со звездочкой. Если уж почти за сто лет, если верить данным на табличке, со смерти Дюперрона местные не догадались, где находится схрон, то действовать нужно как-то… неординарно. Понятно, почему привлекли меня. Я же мастер спорта по непредсказуемости и неправильности.

Значит, неделя, говорите? Ладно, война план покажет. Лично у меня было дикое желание влететь с двух ног в эти дворцовые интриги Трепова с Святославом и просто надыбать крутой артефакт для освобождения Юнии. Все остальное — вторично.

Я накинул капюшон на голову и поспешил обратно. Текущие дела никто не отменял.

Глава 12

Оказалось, что побыть в одиночестве — это вполне себе роскошь. Которую я прежде не ценил. Если Лео был умным мужиком и не спрашивал, о чем я говорил с Великим Князем, то Алена словно с цепи сорвалось. Нет, с одной стороны ее можно понять. Для нас Святослав почти как президент для чужан. И если твой новый босс (хотя еще непонятно, как она меня идентифицирует) встречается с ним, значит, говорят они о чем-то интересном. И как минимум — твой начальник важная шишка.

Меня хватило на пять минут отнекиваний, после чего я рявкнул так, что даже сила выплеснулась. Судя по всему, психанул неплохо. Машина заглохла, а Лео недовольно поморщился. Будто ему потревожили старую рану. А приспешнице хоть бы хны. Точнее, она отреагировала, но вполне по-человечески — надула губы и отвернулась к окну.

Удивительное свойство. Даже когда Алена неправа, она заставляет меня чувствовать себя виноватым. Ладно, не о том сейчас речь. Все мои мысли занимал человек с загадочной фамилией Дюперрон, а точнее его жизнь, трагическая смерть и все такое прочее. За время поездки я проштудировал скудные сведения, найденные в интернете.

Материалов было предостаточно: о его жизни, учебе, карьере, фанатичной преданности спорту. Если верить написанному чужанами, человек действительно был глыба. Не просто популяризатор, как бы сейчас сказали, а буквально первопроходец.

Вот только что мне с того? Нигде не говорили самого главного. Что он был рубежник. Хотя поднять футбол в России не просто с колен, с позиции лежа — задача не для обычного человека.

Суть в том, что ничего значительного во всемирной паутине я не нашел.