— Блин, — я нахмурился. — Как мы в них сейчас полезем-то? Тут специальная одежда нужна, фонари, рюкзак. Я ж налегке.

— Чего? — удивилась Света. — А зачем нам туда сегодня лезть?

— В смысле? А для чего ты мне про эти тоннели сейчас рассказывала? Нам разве не в них надо? Ну, к этому Георгию? Который колдун?

— Нет, конечно. Он же не чокнутый, зачем ему там жить? Он неподалеку обитает, в одноименном поселке.

— Да елки-палки! — возмутился я. — А к чему тогда все эти байки?

— Слушай, ты сам меня спросил: «Что там с тоннелем». Я рассказала! Какие претензии?

Следующие километров десять мы снова ехали молча. Не знаю, о чем думала Светлана, а я размышлял о том, что даже Мезенцева на фоне этой особы кажется белым и пушистым мимимишным зверьком неизвестной породы.

— Слушай, а нас пасут, похоже, — первой нарушила тишину Метельская после того, как мы проскочили поворот, ведущий к ранее упомянутому ей населенному пункту под трогательным названием «Старые Решёты». — Вон тот «тигуан» за нами как приклеенный чуть ли не от самого Екатеринбурга прется.

— Не факт, — возразил ей я. — Дорога по большому счету тут одна, особо поворачивать некуда. Хотя проверить, конечно, следует, береженого Бог бережет.

Я поводил пальцем по экрану ее смартфона, закрепленного на панели.

— Смотри, тут скоро заправка будет, вот туда и заскочи. Тем более что оно и не лишним будет в любом случае, бак у тебя на две трети пустой. Опять же кофе попьем. Хочется — сил нет.

— А без тебя я бы не догадалась, что сделать, — с какой-то даже жалостью глянула на меня Метельская. — И еще — ты точно уверен, что в горы хочешь идти? Там кофемашин нет. И кафе в целом тоже.

На заправку она свернула как положено, внезапно, вдруг, без предварительного мигания и всего такого. Серебристый «тигуан» с тонированными стеклами, и вправду следовавший за нами, спокойно проехал дальше, даже не притормозив.

— Не показатель, — проводила его взглядом Светлана. — Сейчас подождет нас где-нибудь у поворота на Хрустальное, а после снова на «хвост» упадет.

— Упадет и упадет, — отмахнулся я. — Либо стряхнем, либо выясним, кто такой умный и бесстрашный внутри сидит. У тебя есть удостоверение, мы оба вооружены. Чего бояться?

— Да мне бояться и нечего. — Светлана остановилась около колонки. — Если я права и нас пасут, то эти гости по твою душу пожаловали.

У поворота на Хрустальное «тигуана» мы не увидели, он вновь возник позади нас сильно позже, когда мы уже проехали Новоалексеевское и начали приближаться к границе Европы и Азии.

— Упорные ребята, — отметила Метельская, — но любители.

— Или, наоборот, хотят, чтобы мы их заметили, — возразил я. — Мол — вот они мы, никуда вы от нас не денетесь.

— Хотели бы — остановили бы, — с отчего-то кривоватой улыбкой произнесла Светлана и движением из числа тех, которые разум не слишком контролирует, погладила левый бок. — Тут камеры через каждые сто метров не висят, потому вопросы решаются немного проще, чем у вас. Нет, у нас тоже девяностые давно кончились, но всякое случается, особенно на объездных дорогах. Тут тракт, движение шустрое, а чуть вбок сверни, так там горячего через край можно хлебнуть. Опять же традиции, у нас места с давних пор непростые на этот счет. Короче, если с этими клоунами что и решать, то прямо сейчас, на потом лучше не откладывать.

Она резко ударила по тормозам, и, не держи «тигуан» настолько серьезную дистанцию, он бы точно вдарил нам в зад, все же мы почти под «сотку» гнали.