— Вы так любезно самоустранились! — похвалил он исчезнувшего. — Я прямо слов не нахожу.

«Ока» плавно тронулась с места.

В этот вечер на планете было неспокойно. Джинн решил помочь народу принять правильное решение побыстрее и устроил жуткую непогоду в еще не подчинившихся районах. С наступлением восьми часов вечера небо над городами и поселками, озерами и морями затянулось грозовыми тучами, и ровно в девять пошел жуткий ливень. Молнии каждую секунду разрезали темное небо ослепительными кривыми, смысл которых оставался тайной чертивших его небесных инженеров, а грохот стоял такой, как будто чертили эти графики в авральном режиме и где-то постоянно ошибались и спорили. В каждый крупный город он направил по отряду киношных маньяков. Они должны были наглядно продемонстрировать, что джинн не будет церемониться с недовольными. И показать, во что они превратятся, если не примут правильное решение.

Брать власть в свои руки в современном мире оказалось совсем несложно: ради больших денег в собственный карман многие власть предержащие были готовы выполнить любое желание новоявленного Правителя.

Даже скучно становилось.

…В центре России, в секретной войсковой части два солдата сосредоточенно набирали секретные коды, а набрав их, одновременно сняли с шеи висевшие на серебристых металлических цепочках ключи, открыли замки доступа, нажали на красные кнопки и дружно рванули с места наверх, на свежий воздух.

Тридцать ракет «Тополь-М» вылетели из подземных шахт, располосовав темнеющее небо белыми полосками, и устремились прямиком на территорию погрузившихся в киношный хаос Соединенных Штатов. Солдаты ударились ладонями и побежали обратно. Тот, что добежал первым, схватился за трубку телефона, набрал номер американского президента и выпалил хитрым-хитрым голосом:

— А теперь ты испытай неизведанное от трех ирисок «Ме…»!

Игорь вздохнул, утихомиривая разгулявшуюся фантазию.

— Придумается же такое, — пробормотал он, сердито посмотрев на включенный телевизор. Показывали разную дребедень, перемежая ее экстренными выпусками новостей, обычными выпусками рекламы и блоками самоагитации прибирающего к рукам города и страны довольного джинна. Карта мира, показываемая в каждом из выпусков, неуклонно заполнялась примитивными бумажными флажками с обозначениями территорий, отошедших под его владения.

Земля полнилась слухами, монстрами и стихийной, резко убывающей в количестве после столкновения с монстрами, оппозицией.

К вечеру успели исчезнуть и передравшиеся между собой инопланетяне: проигравшие — как уничтоженные, а победители — как победители, самостоятельно принявшие на себя миссию руководства людьми. На память оставшемуся в стороне человечеству о кратком контакте с боевым внеземным разумом остались пропаханные подбитыми летающими тарелками (из прочных космических сплавов, время изучения которых когда-нибудь, да подойдет) земля, асфальт и не особо целые небоскребы.

В тех районах, руководители которых один за другим принимали власть джинна, улучшалась погода, кровожадные монстры переставали гоняться за каждым встречным-поперечным и начинали охоту на недовольных, уходя под покров ночи и возвращаясь к излюбленному классическому способу работы. По большому счету, джинн был доволен происходящим, потому что захват шел по заранее намеченному плану, и люди делали именно то, что он от них и ожидал, пронаблюдав за их телевизионной жизнью в последние годы.

Однако, к ночи у джинна возникло несколько проблем. Во-первых, он подсчитал, какое количество начальников ему нужно, и загадал себе желание уничтожить всех остальных. Но объем исчезающих начальников оказался намного больше предполагаемого, и тратившаяся на их ликвидацию волшебная сила джинна упала почти до полного нуля, чего ему раньше даже в страшном сне не могло привидеться.