Правая половина комнаты была превращена в подобие танцплощадки — вместо обычной люстры ее освещали несколько мигающих в такт музыке цветных фонарей. Над головой, отбрасывая во все стороны яркие пестрые зайчики, крутился зеркальный шар, под ним уже мелькали два-три подсвеченных разноцветными вспышками силуэта.

В основном гости пока что тусовались на левой половине гостиной, где стоял необъятного размера кожаный диван, несколько кресел и стол, уставленный бутылками и закусками. Народу набралось человек двадцать пять, но казалось, что их вдвое больше — они галдели, смеялись и приветствовали друг друга так шумно и радостно, словно не виделись только вчера в университете. Со всех сторон звучала итальянская речь — легкая и быстрая, какая-то летящая; впрочем, слышались обрывки фраз и на английском, и даже, кажется, на шведском или датском языке.

Оказывается, Росс неплохо говорил по-итальянски. Стоило Ри представить его, как он ввернул какую-то фразу, судя по одобрительному смеху окружающих — весьма «в тему». Рэя представлять нужды не было, за прошедшие дни он успел перезнакомиться с большинством ее университетских подруг.

Не пробыв на вечеринке и десяти минут, он убедился, что неважно, американский ли это колледж или Римский университет — традиции студенческих «междусобойчиков» остаются нерушимыми: не слишком разнообразная и богатая закуска, включающая в себя непременную пиццу; выпивка, болтовня ни о чем, громкая музыка и танцующие и обжимающиеся по углам парочки.

Танцевать у него пока что настроения не было, разговаривать с малознакомыми людьми тоже не тянуло. Оставалась закуска.

Положив на бумажную тарелку кусок пиццы и прихватив с собой стакан красного вина, Рэй устроился в кресле у балкона, где поддувало свежим ветерком. Скучно ему не было; он уже подзабыл обстановку студенческих вечеринок с их беспечным весельем и теперь с удовольствием отдавался охватившему его ощущению беззаботной расслабленности. Пицца, хотя и почти остывшая, оказалась ароматной и сочной, вино — прохладным и терпким.

Ри мелькала среди гостей — болтала, смеялась. Встретившись с ним взглядом, помахала рукой, потом вдруг подбежала.

— Пиццы хочешь? — Не дожидаясь ответа, со смехом убежала и принесла еще пару кусков.

— А вина-а? — жалобно протянул Рэй.

— Сам не ленись — сходи да возьми!

— Килька, ну не будь свинкой!

Та неловкость, которая висела между ними в последнее время, сама собой забылась в этой атмосфере праздника, испарилась, будто ее и не было. Так что когда Ри все-таки принесла ему это самое вино, он без всякого стеснения поймал ее за руку и благодарно чмокнул куда-то повыше браслетов.

В очередной раз появившись после долгого отсутствия, она присела рядом, на пухлый кожаный подлокотник и заявила:

— Теперь твоя очередь меня коктейлем угостить! Давай, а я пока твое место постерегу!

Коктейли стояли на буфете — целый поднос, уставленный высокими бокалами с белесоватой жидкостью подозрительного вида.

Рэй взял один бокал ей, второй себе — травиться, так вместе! Отхлебнул на пробу — коктейль оказался неожиданно вкусным, крепким и в то же время мягким: смесь «Pina Colada», водки и лимонного сока.

Очевидно, чтобы лучше устеречь кресло, Ри пока что устроилась в нем сама. Рэй присел на подлокотник — не сгонять же ее, протянул бокал.

Она взглянула снизу вверх и улыбнулась:

— Мы с тобой никогда раньше вместе на вечеринки не ходили.