|
Очень холодно. И всем. – Примитивная. А бледнеешь ты почему? Что делает эта порча?
– Вызывает ненависть. – У кого? – У того, чья кровать, полагаю, у принца. – К кому? – елейным голосом спросил Арман. – Мой архан… – Я задал вопрос… – Но… – Там таких несколько, – счел нужным вмешаться один из магов. Арман выпустил воротник Майка, наверное, поняв. И сам побледнел до синевы… – Мой архан, – сразу забыл о страхе, вцепился в него Майк. – Мой архан, прошу тебя! Убьешь его, убьешь и брата! Но Арман уже не слушал. Арман забрал у мага мешочки с порчей и пошел к двери. Дозорные было рванули следом, но Лис их остановил: – Хотите помочь, продолжайте осмотр. Лиса бы они, пожалуй, не послушались. Но все еще бледного и задумчивого Майка, повторившего приказ, послушать пришлось.
6. Телохранители. Правда
Комнатка была маленькой и узкой. Голые стены, небольшое оконце, пропускавшее не так много света, стол у окна, узкое ложе вдоль стены. Всего несколько книг и деревянных, чисто вымытых чаш на полке. Все харибы в замке живут так бедно? Тисмен вздрогнул и решил сегодня же заглянуть к своему. За столом сидел худющий высокий маг и что то читал, а на ложе, прямо на жестком одеяле, спал, погруженный в сон магии, Лиин. Такой хрупкий и молодой во сне, с растрепанными, спутанными волосами и страдальческой миной. – Разбуди его и свободен, – приказал Тисмен, встав возле ложа Лиина. – Ты уверен, мой архан? – осторожно спросил маг. – Разбуди его! И когда дверь за магом закрылась, а ошеломленный Лиин сел на ложе, Тисмен спросил: – Ну так что. Ты все равно мне все расскажешь, это знаем и ты, и я. Либо насильно, и тогда и мне, и тебе придется потратить силы, которые сейчас бы пригодились твоему архану, либо добровольно, выбирай. Лиин опустил голову, упрямо прикусив губу. Как же он похож на своего архана… но и в другом должен быть похож: – А сейчас я тебе дам магическую клятву, что хочу ему помочь, а не навредить. Тогда ты мне поверишь? Лиин поднял голову, посмотрел на Тисмена так, как смотрел временами Рэми: спокойно, изучающе. |
