Окинув его долгим полным сожаления взглядом, Туссен глубоко вздохнул.

– Ладно, что сделано, то сделано. Но должен предупредить тебя: до меня дошли тревожные слухи, что охотники на ведьм снова на ногах. Занимаются своим адским ремеслом совсем рядом, к югу отсюда. Так что, парень, играть с магическими кольцами время неподходящее.

«Охотники на ведьм». При этих словах Ренар замер. Но не от страха. Он застыл от ярости, словно нож, пронзившей его сердце.

– Если они появятся в Бретани…

– Не появятся, – бросил Ренар. – На моих землях инквизиции никогда не бывать.

– А как ты можешь помешать? Если прибудут по полномочию короля…

– Не на мою землю. Не на этот остров! – стукнул кулаком по столу Ренар. – Я дал клятву много лет назад, что никто из этих дьяволов никогда снова не приблизится ко мне и моим близким. К моему дому и, конечно, моей невесте. Слышишь, Туссен?

– Слышу. – Старик беспокойно оглянулся вокруг. – Молю Бога, чтобы не услышал никто другой. И много на себя берешь, называя госпожу Шене своей невестой. С кольцом или без кольца, вполне возможно, что она уже отдала свое сердце кому-нибудь другому.

Ренар рассмеялся:

– Это невероятно. Она живет почти как монашка, заперлась здесь, на своем острове.

– Странная монашка, что выбирается из постели и идет на свидание в такой поздний час.

– Что, черт возьми, ты мелешь?

Туссен пожал плечами:

– Да только то, что по пути сюда я видел твою даму ехавшей по улице с другим мужчиной.

– Невозможно. Готов поставить последнее су, что она дома, в своей постели. Зрение подводит тебя, старина.

– Глаза у меня в порядке, – вскипел Туссен. – А пари свое ты бы проиграл. Я неплохо узнаю госпожу Шене, даже если она пытается спрятать свое личико.

– Чего же ей надо было на улице в такой час да еще с каким-то мужчиной?

Туссен поднял брови:

– Вот и скажи мне, парень.

Порой он мог подтолкнуть на дурные мысли. Его намек на якобы свидание с любовником был абсолютно нелепым.

Ренар знал женщину лучше, чем этот… По крайней мере, он так считал. Но нахмурился, зерно сомнения было посеяно.

Может быть, последнее время он стал слишком самонадеянным. Ему никогда не приходило в голову, что у нее могли быть и другие поклонники.

Ренар и теперь не верил этому, но ведь вполне можно удостовериться, что у нее на уме. Он резко поднялся:

– Пошли.

Туссен, наливавший себе вина, удивленно поглядел на Ренара:

– Куда?

– Покажешь мне, где ты последний раз видел Арианн.

– Не ты ли мне только что говорил, что согласился оставить эту женщину в покое?

– Слушай меня, Туссен. Если не хочешь, чтобы я шлялся по городу, стучась в двери, чтобы найти ее…

Туссен, терпеливо вздохнув, встал:

– Да, месье. Как вам угодно, месье.

Но Ренар, похоже, не слышал его. Он уже выходил из таверны, и пришлось поторопиться, чтобы его догнать. И последнее время Туссен часто пытался обнаружить следы открытого великодушного мальчугана, которого когда-то знал, но не находил их в этом суровом непреклонном человеке, за которым сейчас устало тащился.

В памяти Туссена всплывали воспоминания и сожаления о давно ушедших днях. Как теперь слишком часто с ним бывало, он погрузился в горькие раздумья.

«Ах, Люси. Почему ты не могла оставить все свое колдовство, свои проклятые предсказания и честолюбивые внушения этому парню? Лучше бы ты для его же блага оставила его у себя в горах».

И Жюстису и Люси от этого было бы лучше…

Возможно, его дорогая Люси была бы еще жива.