— Как на счет того, чтобы я забыла о собственном? — она замахнулась и вонзила лезвие глубоко ему в шею.

Болезненный вдох сорвался с его губ, но его захват не ослаб.

— Хорошо сыграно, солнышко. Хорошо сыграно.

Все еще с ножом в шее, Лазарь поднял ее и расположил на столе, не заботясь о еде или посуде. Он насильно раздвинул ее ноги и устроился между ними, не отрывая от нее взгляда. Тепло в ее венах превратилось в жар, и Камео вздрогнула.

Он положил руки рядом с ее бедрами и наклонился к ней, его нос прикоснулся к ее.

— Вот как мы станем играть дальше, — сказал Лазарь, но затем посмотрел мимо нее и нахмурился.

Когда он больше ничего не сказал, она облизнула губы.

— Расскажи мне. — Я взволнована? Ох, какая глупая, глупая девушка.

Лазарь молчал. Он выпрямился, хотя его голова все еще была наклонена в сторону.

— Что-то не так.

Едва он произнес последнее слово, как Камео услышала чей-то крик.

Лазарь выдернул нож из шеи, и рана мгновенно зажила, в ту же секунду дверь в кухню распахнулась и черный туман стал наполнять комнату.

— Что это, черт побери, такое? — спросила она, вскакивая на ноги. Крики усилились, но она не была уверена, исходили они от людей или от мглы. Или и от того и от другого.

— Я не знаю. — Он отодвинул ее за себя, выступая в качестве щита.

Это действие озадачило ее… привело в восторг. Такое произошло впервые. Камео схватила его за запястье и потащила в сторону двери, которая вела в гостиную.

Туман последовал за ними… и быстро догнал.

Вдруг Камео окружила мгла, лишив возможности видеть… только стало слышно еще больше криков. Она не могла дышать, не могла пошевелиться.

— Лазарь, — она попыталась закричать. И затем потеряла сознание.

Переводчики: Shottik

Редактор: natali1875

Глава 22

Не заболеть, не заболеть. Пожалуйста, пожалуйста, лишь бы не заболеть.

Такая мантра вертелась в голове Кили словно испорченная запись, в то время как Торин поднялся с постели. Она знала, что он тоже боялся того, что грядет. Знала, он ожидал, что она падет жертвой инфекции его демона. В глубине души, она тоже надеялась.

За его спиной она схватила лампу с прикроватной тумбы, сжала, раздавив ее ножку и переместив осколки до того, как они упали на пол. Он обернулся и посмотрел на нее, а Кили с невинным видом моргнула.

Если она заболела, ей предстояло провести ужасно много времени, уговаривая его остаться с ней. Торин мог быть спокоен, но у нее не было сомнений в том, что он достиг предела своей терпимости.

— Хотела бы я сказать, что мне жаль, — сказала Кили, — но мне не жаль. Мне понравилось то, что мы делали.

— Мне тоже понравилось, но я должен был остановить нас обоих.

— Ты действительно винишь себя? Меня невозможно отвергнуть.

Он предпочел не отвечать.

Она спокойно оделась в чистое платье, полностью состоявшее из полос черной кожи. Несмотря на то, что прошел час с тех пор как его пальцы находились внутри нее, дрожь удовлетворения еще не прошла.

Сладкий аромат недавно распустившихся цветов не помогал.

Ее горшечные растения расцвели в момент кульминации и служили постоянным напоминанием того, что Торин с ней сделал… и что она сделала с Торином, как он выглядел и чувствовал, какой был на вкус. Какое блаженство он доставил Кили, даже не занимаясь с ней любовью.

Что же произойдет, когда он наконец окажется внутри нее?

— Не знаю, то ли благодарить тебя, то ли проклинать, — сказал он.