Он щелкнул зубами перед ней.

— Тебе следует быть добрее ко мне, любимица. Твоя судьба в моих руках.

— Верни его. Невредимым.

Проигнорировав ее, Гадес сказал:

— Я принес тебе подарок.

Стены задрожали сильнее. Держись.

— Ох, как здорово, — бросила Кили сухо. — Я еще кое-что верну отправителю.

— Этот ты захочешь, уверяю тебя.

— Все, что я хочу — Торина. И если ты посмеешь сказать, что подарок — это твой пенис, то я засуну еще один кинжал тебе между ребер.

Его жемчужно-белые зубы мелькнули в не раскаявшейся усмешки.

— Ты хочешь мой член? Потому что нужно только попросить, и я дам его тебе. Снова и снова.

Мужчины!

— Торина. Сейчас же.

Его улыбка не потускнела.

— Однажды ты изменишь свое мнение обо мне.

Вряд ли.

— Верни Торина.

— Вернуть соперника? Не умно. А я — довольно мудрый человек.

— Твое присутствие здесь доказывает ошибочность этого утверждения. Ты солгал мне, использовал, обманул, унизил, уничтожил и украл столетия моей жизни. Я никогда не захочу тебя вновь.

— Тогда приведи мне причину освободить его.

— Я только что перечислила шесть. Но вот еще несколько. Потому что ты должен мне. Потому что он ничего тебе не сделал. Потому что Торин делает меня счастливой, а я заслужила капельку счастья. Просто потому что! Выбирай.

В его глазах промелькнула боль… эту эмоцию она никогда не замечала у него раньше. Несомненно, уловка.

Нельзя смягчаться.

— Кили, — сказала Гадес на вдохе. Он провел рукой по лицу. — Я искренне сожалею о том, что сделал с тобой.

— Ты думаешь этого достаточно? Это сотрет века агонии? Очистит список преступлений? — она подлетела к нему и ударила. Сильно. Затем, поскольку это показалось хорошей идеей. Кили ударила его снова. — Верни Торина.

Гадес мог остановить ее, но не стал. Он терпел.

Она ударила его вновь.

— Верни Торина! — снова. — Я не шучу.

Когда она подняла руку, чтобы врезать ему в пятый раз, Гадес материализовал столик рядом с кроватью, на котором лежали металлические наручи. Оба из золота, с головами змей на одном конце, и с хвостами на другом. Пара Змеиных наручников.

— Используй их как считаешь нужным.

— И какую плату ты ждешь?

— Никакую.

Ха! Этот мужчина никогда не отдавал что-то, не требуя ничего взамен.

— Я даю слово, — добавил он.

— Его недостаточно.

— Тогда клятва на крови. — Он материализовал кинжал в одной руке и провел им по другой. Когда алые капли упали на пол, он сказал, — Никакой оплаты за наручники.

Он… действительно имел это ввиду. Удивительно. Она подняла подбородок и отрезала:

— Я не стану благодарить.

Гадес кивнул, будто меньшего и не ожидал.

— Как на счет того, чтобы я дал тебе это?

Раздраженный, но невредимый, Торин появился в центре комнаты. Он заметил Гадеса и начал резко меняться. Его мускулы ощутимо увеличились, кажется, стали вдвое больше, когда он приготовился атаковать.

Гадес упёрся в него твёрдым взглядом.

— Я могу убрать твоего демона и ты не умрёшь. И сделаю это.

Торин сделал шаг по направлению к нему, только чтобы остановиться.

Кили почти слышала, как крутятся шестеренки в его голове. Ей хотелось крикнуть, чтобы он не слушал его. Сделки Гадеса никогда не заканчиваются хорошо… для второй стороны.