Он опустил веки и потянулся мыслью на запад, к метавшемуся в скалах и ущельях краулеру. Чувство свободного полета вдруг охватило его, словно он по мановению волшебной палочки стал соколом - скорее даже тенью сокола, летевшей с быстрым ветром, ибо ни одна птица, ни на Земле, ни на Тхаре, не могла передвигаться так стремительно и так легко. Пики и разломы Хаоса промелькнули перед его мысленным взором, он увидел каменных дьяволов, что крались меж скал, выслеживая добычу, потом различил стаи боевых машин, тянувшихся к морскому берегу, прикоснулся к нечеловеческим разумам дроми и отпрянул в отвращении, успев, однако, ощутить, что их охота оказалась бесполезной. Это наполнило его торжеством. Он попытался, как учил отец, расширить зону ментального поиска, направив поисковый конус вниз, и сразу поймал знакомые импульсы. Сестра и Сантьяго перемещались, но уже не на запад, а на восток, к водопаду Винджа, и это движение было спокойным и неспешным. Будто возвращение к дому после тяжелой работы, подумалось ему.

    Марк открыл глаза. Лицо девушки было так близко, что он мог коснуться ее ресниц губами.

    - Они возвращаются, тхара, но едут медленно - думаю, Панчо устал. Ты права, нам придется ждать их до утра.

    - До утра… - повторила Майя и потянула вниз застежку его комбинезона. - До утра… У нас много времени, мой родной. - Ее ладонь скользнула по груди Марка, затем тонкие пальцы двинулись дальше, коснулись шеи, плеча, спины. - Реаниматор, - прошептала она, - что за чудо этот реаниматор… Шрамы уже рассосались… никаких следов…

    - Печень, легкие, сердце и позвоночник, - с улыбкой перечислил Марк. - Кажется, еще почки… Но остальное цело.

    - Десант все делает быстро, так? - Щеки Майи вспыхнули румянцем. - Но иногда торопиться не стоит. Тем более что ночь такая длинная…

    - И холодная, моя тхара, - добавил Марк, чувствуя, как кружится голова. - Может быть, разложим костер?

    - Он нам не понадобится, милый.

    Ее губы были обжигающе горячими.

    Глава 8

    Энсин

    - Как стоишь, оболтус? Зад подбери, брюхо втяни! Грудь вперед, ноги вместе, а не раскорякой! Ну-ка, щелкни каблуками!

    Энсин Олаф Питер Карлос Тревельян-Красногорцев щелкнул. Щелкать каблуками его обучили еще в Академии, на первом курсе, и теперь это искусство пригодилось.

    - Неплохо, - заметил коммандер Степан Раков по кличке Птурс, начальник оружейной секции «Урала».. - Это ты делаешь неплохо, парень. А вот ремень комбинезона лежит не по уставу. Положено, чтобы застежка была точно в центре тяжести, а у тебя на палец выше. На целый палец, говорю! Поправь! - рявкнул коммандер, продолжая сверлить энсина грозным взглядом. Глазки у него были маленькие, и сразу от них начиналась борода - не очень ухоженная, зато длинная, до самого коммандерского живота.

    Энсин опустил ремень.

    - Теперь на палец ниже, - мрачно заметил коммандер. - Не знаешь, где центр тяжести?.. Что за дурик мне достался! - Повернув голову, он оглядел вахтенных офицеров своей секции, собравшихся на представление. Под начальственным взором ухмылки на их лицах тотчас угасли. Довольно кивнув, Раков спросил: - Ну-ка, парни, где у людей центр тяжести?

    - У мужиков - в области пупа, у женщин - на ладонь ниже! - громко выкрикнули вахтенные.