Нет, не каждый, подумал он. Дар приобщения к чужому разуму необычайно редок, и, возможно, этот хосси-моа - единственный, кому был послан Одарившим Мыслью сей талант. В знакомом Патте мире личность, если не считать властителей высшего ранга, значила не более сухой чешуи, но все же идея уникальности, особой одаренности была ему понятна - он знал Тихаву, он был его учеником, он сам являлся существом, отличным от сородичей. Осознание этого факта пронзило его, и он внезапно понял, что не желает возвращаться на Файтарлу-Ата, что в мире Кланов места ему нет. Возможно, он смог бы жить с другими дроми, с теми грир-ватура-оио, о которых говорил наставник… возможно, он смог бы к ним попасть, если помогут хосси-моа… Возможно! А пока лучше уйти к Парным Тварям, чем вернуться в Хо.

    Земная машина, взмыв над утесом, быстро опустилась рядом с Паттой. Часть корпуса сдвинулась, открылся проем, достаточно большой для его массивного тела, и одно из сидящих внутри существ сделало приглашающий жест. Но Патта остался недвижим. Нужно показать кзилот-тлан, мелькнула мысль. Он протянул его хосси-моа и произнес:

    - Смотри. Вот то, что тебе нужно.

    Включилась трансляция. В кзилоте был записан Хо - все его жилые башни и станции наземных и воздушных боевых машин, строения для пленных, комплекс производства пищи, защитный барьер с мачтами эмиттеров и строящийся астродром. Запись была не статичной, изображение перемещалось: сначала - обзорная картина, затем - подробная схема Хо, убежище Патриарха и все другие важные объекты. Каждый Патта пометил определенным символом, и эти знаки, очевидно, были понятны хосси-моа - лучик, скользивший у Патты в мозгу, отзывался легким подрагиванием. Когда в поле зрения возник Риккараниджи - огромный, с обвисшей шкурой, едва помещавшийся на сиденье - луч отозвался яркой вспышкой, рассыпался искрами и исчез. Ментальная связь прервалась, но в ней, похоже, больше не было нужды.

    Хосси-моа что-то произнес. Если бы у дроми существовала музыка, если бы звуки чаровали их, захватывали в плен своей волшебной властью, Патта воспринял бы этот голос как мелодичный, певучий или, возможно, подобный птичьему щебету. Но на планетах Кланов не пели птицы и не имелось ничего похожего на музыкальное искусство. Речь хосси-моа была для Патты столь же неразборчивой, как свист ветра, журчание ручья и рев бродивших по равнине хищников.

    И в то же время слова человека были ему понятны. Хосси-моа подтверждал, что запись ему необходима, что ему недоставало планов Хо, чтобы свершить задуманное, что важность этой информации ему ясна. Патта даже уверился в том, что хосси-моа узнал Патриарха - и это было самое главное.

    - Теперь ты знаешь, где Патриарх. Действуй, - произнёс он и полез в тесную машину Парных Тварей.

    Глава 15

    Энсин

    Олаф Питер Карлос Тревельян-Красногорцев был переполнен радостью: час назад он представился коммандеру Джуне Малкович в связи с переводом на новый корабль. Не самому капитану, разумеется; капитан Прохоров - слишком важная персона, чтобы уделять внимание младшим офицерам. Но коммандер Малкович все же являлась первым помощником на «Палладе», а не вторым и не третьим, так что энсин считал, что ему оказана честь. Как и ожидалось, его назначили в боевую секцию младшим канониром, и значит, дистанция до вожделенной кнопки аннигилятора была теперь тоньше волоса.