Он обратил внимание на шикарную блондинку, которую фотографировал мужчина с длинной челкой и в очках с роговой оправой.

– Смотри, как нагло Зои следит глазами за Джонни Мейконом, даже когда ее бойфренд, Instagram-муж, фотографирует ее, – сказал он. – Зои одержима. Причем непонятно, влюбилась она в него или же просто хотела бы, чтобы часть его славы передалась ей. Тем временем парень Зои думает, что если он будет много ее фотографировать, то она будет с ним. Поверь мне, у меня такое было. Она и не подумает.

– А что ты можешь сказать о Мэддисон Логан?

Рэйчел наконец задала вопрос, который хотела задать с тех пор, как начала общаться с Чадом.

– Она – перспективный популяризатор путешествий на колесах #жизньвфургоне, согласись, – сказал Чад и спросил: – Почему ты спрашиваешь о ней?

– Она подруга подруги. Я надеялась, что мы сможем встретиться, но что-то нигде ее не вижу, – на ходу придумывала Рэйчел.

– Я не удивлюсь, если она специально прячется, – заметил Чад.

– Почему?

– Слышал, что она сошлась с Джонни Мейконом. Закончилось все не очень хорошо. Джонни и Рени встречаются, и Мэддисон обвинили в том, что она пытается их разлучить, чтобы поднять свой рейтинг. Итог был жутким.

– Насколько жутким?

– Настолько, что Мэддисон за одну ночь потеряла тысячи подписчиков. Должно быть, уехала зализывать раны. С тех пор ее никто не видел.

Глава 31

Было уже ближе к восьми вечера, когда Джо Мартинес спустился по лестнице в подвал полицейского управления, неся стопку коробок с пиццей. Чтобы каждый мог угоститься, он разложил коробки в длинный ряд на столе в деревенском стиле.

Оперативная группа была создана только накануне, но уже работала как хорошо отлаженный механизм. Группа состояла из двенадцати человек, которых поддерживали аналитики из бюро Квантико и Майами.

Для штаба Мартинес выбрал подвальное помещение городского полицейского управления. В огромном зале были расставлены столы и доски. Принтер спустили вниз и установили в углу. На столе стоял нагреватель с питьевой водой, кружки и пакетики с растворимым кофе и подсластителем.

Агенту предлагали воспользоваться хорошо обставленной, но меньшей комнатой наверху. Там было бы комфортнее. Мартинес все же выбрал подвал, отчасти потому, что тот был просторнее, но в основном потому, что так оперативная группа могла работать отдельно от остального полицейского департамента. Мартинесу так больше нравилось. Так он уменьшал риск утечки информации в СМИ и не давал политикам из полицейского департамента шанса вмешаться в расследование.

За простор и уединение приходилось платить комфортом. Кондиционер дребезжал и скулил, пытаясь поддерживать комфортную температуру и влажность. Стены были увешаны выцветшими плакатами прошлых десятилетий, извещавших об открытом наборе в полицию. Бильярдный стол и доска для игры в дартс на стене, испещренная крошечными дырочками, свидетельствовали о том, как использовалась комната до того, как Мартинес занял ее для расследования дела Мэддисон Логан.

Мартинес взял себе кусок пиццы и направился к своему столу возле бильярдного стола. Пока ел, он набрал номер руководителя группы криминалистов, работавшего на месте преступления.

– Последние новости? – спросил он.

– Мы собираемся вытянуть тело. – Руководитель группы старательно перекрикивал рев генератора. – Через час или около того мы сфотографируем потерпевшую и снимем отпечатки пальцев. После этого отправим тело в морг и закроем здесь всё на ночь.

Мартинес почувствовал облегчение оттого, что операция по извлечению тела из лужи грязи наконец-то завершалась. Он надеялся, что скоро они узнают, совпадают ли отпечатки пальцев и группа крови жертвы с отпечатками и группой крови с пятен, найденных в фургоне Мэддисон.