Конечно, они должны были отдать книгу принцу. Что еще они могли с нею сделать? Он отошел от Натальи, зная, что она заметит его волнение, но не заботился об этом.

— А как бы ты хотела поступить с книгой? — Он приложил все усилия для того, чтобы его голос звучал ровно, и совершенно безразлично.

Наталья пожала плечами.

— Я пока ещё не решила, но могу с уверенность сказать, что не готова следовать по накатанной дорожке к тому, в правильности чего не уверена. Книга — чрезвычайно мощный артефакт. В ней содержаться тысячи заклинаний — эта магия весьма сложная и опасная, не думаю, что ею должен владеть кто-то, кроме волшебника.

Викирнофф напрягся.

— Ты бы использовала книгу? — у него внутри все перевернулось от протеста, а легкие начали гореть от нехватки воздуха.

Глаза Натальи приобрели легкий янтарный блеск. Полосы света пробегали по ее лицу и волосам, когда она подошла ближе к свету, падающему на длинный меч в ножнах, на противоположной стороне пещеры. Разглядеть ее, скрытую тенями, сейчас стало гораздо сложнее.

— Если я приму решение использовать книгу, то это будет мой личный выбор, Викирнофф. Ты не можешь приказать, чтобы я достала книгу, а потом передала ее тому, кого не знаю, не уважаю и кому не доверяю.

Викирнофф продолжал молчать, сдерживаясь, чтобы не дать немедленный ответ. Она очень мало знала о его народе, помимо этого, истиной являлось и то, что он самовольно решил, как Наталье следует поступить с книгой, когда она отыщет её. И он также подталкивал её к поискам этой вещи. А Наталья была не из тех женщин, кого можно заставить что-либо сделать. Как раз сейчас она почувствовала себя загнанной в угол и стала сопротивляться.

— Я заслужил твое уважение?

Её янтарные глаза сверкнули жутким отблеском, свойственным созданиям ночи.

— Да, конечно. Но это не имеет отношения ко всему остальному. Ты — не Михаил Дубрински. Ты не просишь передать тебе книгу для сохранности, ты утверждаешь, что мне нужно вручить эту вещь ему.

— Ты бы доверила книгу мне?

— Да, — она не сомневалась. — Но не для того, чтобы кому-то передать. Только на хранение.

Викирнофф выдохнул. Она с такой легкостью обезоружила его. Напряжение начало покидать его тело.

— Ты хочешь оставить себе эту вещь? Я считаю её злом, или я ошибаюсь, думая так о ней?

— Кровь моей бабушки и еще двоих запечатала эту книгу. Конечно, я полагаю, она зло, и даже более того, это означает, что она не может попасть в дурные руки. Я не знаю вашего принца, и не нахожу у тебя воспоминаний о нем. Как ты можешь судить о его сердце и душе, Викирнофф? Ты хочешь вручить ему оружие, которое способно стать погибелью для всех нас, и делаешь это, полагаясь лишь на слепую веру, — она покачала головой. — Я не могу так поступить.

— Ты считаешь, Михаил будет подвергаться еще большей опасности?

— Отчасти.

— Мы никому не скажем, что книга у него. Принц не будет пытаться получить власть, только постарается узнать план Ксавьер, как стереть нашу расу с лица земли. Ксавьер, должно быть, провел столетия, составляя заклинание, которое можно было бы применить против моего народа.

— Я уверена, он так и поступил. Суть вот в чем — ты попросил, чтобы я установила местонахождение книги, что я и сделала, а теперь ты хочешь, чтобы я добыла ее и передала кому-то, кого не знаю. Тебе это кажется разумным?

— Если ты мне доверяешь, то проблемы не существует. Мы не собираемся держать у себя эту вещь.

— А не лучше ли оставить ее там, где она сейчас, и забрать в том случае, если станет очевидно, что Ксавьер уже почти нашёл её местонахождение? — Наталья вышла из тени.