— Но давай оставим это в стороне. Этот человек является угрозой для Этана, и я не позволю никому — или ничему — навредить ему. Мне нужно платье, — снова сказала я. — Платье, которое привлечет внимание мужчины, удержит его внимание на мне. Потому что, если он будет сосредоточен на мне…

— Он не будет сосредоточен на Этане, — закончила она. Она закрыла папку перед ней, скрестила руки на столе и оглядела меня с головы до ног в тяжелом и неловком молчании. Ей не нужно было ничего говорить, чтобы понять, что она подмечает каждый изгиб и плоскость.

— Красное, — наконец произнесла она, поднимая глаза к моему лицу. — С некоторой текучестью и довольно глубоким декольте, чтобы удержать его внимание.

Я и за миллион лет не могла себе представить, что Элен будет обращаться к моему декольте, и расплылась в ослепительной улыбке. Думаю, защита Этана и в ней выявила самое лучшее.

— У тебя есть скрытое оружие?

Также технически вампирское табу. Вопрос не обеспокоил меня, поскольку я привыкла к своему кинжалу и часто полагалась на него. Но Элен, по большей части, строго соблюдала правила. Может, я не отдавала ей должное.

— Да. Кинжал и набедренная кобура.

Она кивнула, снова открыла папку и начала писать.

— Каблуки. Компрессионное белье. Тебе придется ходить на твоем выступлении, — сказала она, снова глядя на меня. — Ты ходишь, как студентка. Как его Страж, но не его королева.

Ага. Я точно не отдавала ей должное. Но я и мое эго — не главное.

Я подошла к двери кабинета, закрыла ее и оглянулась.

— Покажи мне.

***

Час спустя я вышла из ее кабинета. Час спустя, с попутно приходящими сообщениями от Люка и Этана, интересующимися, где я. Ответ, по крайней мере, был довольно честным:

ГОТОВЛЮСЬ К ВЕЧЕРИНКЕ С ЭЛЕН. КАК-НИКАК, Я СОЦИАЛЬНЫЙ РАБОТНИК.

Я не стала упоминать о том, что она натянула на меня каблуки и заставила ходить взад-вперед по ее кабинету, пока не удостоверилась, что у меня надлежащая осанка, подобающая скорость и что мое лицо выражает нужную степень «самоуверенной скромности». Ее слова, не мои.

— Трава будет мягкой, — говорила она. — Тебе следует придерживаться дорожек или твердого пола под шатром.

Или я могла бы просто снять эти чертовы штуки и бросить их в Бальтазара, — подумала я, но благоразумно придержала эту мысль при себе.

Когда практические занятия закончились, я вернула ей туфли и пошла вниз в кабинет Этана. Дверь была открыта, представители других Домов уже были там: Скотт и Джонах, Морган, Этан, Люк и Малик.

— В этой комнате явно не хватает девушек, — сказала я, испытав на практике походку, когда подошла к столу для совещаний и присоединилась к остальным. Я даже не споткнулась о край дорогущего антикварного ковра, поэтому посчитала, что победа за мной.

— В целом я согласен, — сказал Этан, — но девушки работают, пока мы чешем языками, так что на данный момент они в дефиците.

Я кивнула Скотту и Моргану, затем Джонаху, с которым я до сих пор не знала, как себя вести. Я носила свою монету КГ в кармане, ровно как и медальон Кадогана на шее. Возможно, все сведется к выбору между ними. Это, безусловно, казалось сутью подхода без вмешательства Джонаха: заставить меня выбирать.

— Мы обсуждали Бальтазара, — сказал Этан, и я кивнула, снова возвращаясь в настоящее.

— Ты не думаешь, что план следует поменять, потому что он по существу самозванец? — спросил Скотт.

— Не думаю, — ответил Этан. — Он не знает, что мы в курсе.