— Сегодня всего семь, — доложила я и отослала Люку данные о вечеринке, вместе с тем все обдумывая.

Этан вздохнул.

— Я все равно не смогу принять их всех.

— Если не сможешь, они придут снова. И есть укрытие, если им на это время потребуется приют. — Мы не предоставляли жилище всем вампирам, постучавшим в дверь, поэтому Этан с Маликом устроили пансион в соседнем квартале, где приехавшие вампиры могли благополучно разместиться, пока ждали встречи с Мастером.

Я отложила телефон и поглядела на Этана.

— Бальтазар.

— Это не вопрос.

— Это тема для обсуждения, которую ты избегаешь. — Я обернула вокруг себя простыню и приподнялась, чтобы сесть на колени, так я могла видеть его лицо, которое невозможно было прочитать.

— А простыня в данный момент действительно необходима?

— Она не даст нам отвлекаться.

— Я могу смотреть на тебя голую и не отвлекаться.

— Это не совсем комплимент, и хватит менять тему. — Я положила свою руку на его. — Тебе не выпало шанса поговорить об этом — о нем, о том, что произошло — после того, как это случилось.

Этан отвел взгляд.

— О чем тут говорить?

— Ну, он пытался соблазнить меня прямо перед тобой, так что мы можем начать с этого.

Как и ожидалось, я заработала этим пылающий взгляд.

— Это было не соблазнение. Это была магия. — Но его тон противоречил его же словам.

— Им оно и было. И так или иначе это было предательством.

Этан выдохнул сквозь надутые щеки.

— Ты не обязан говорить об этом, если не хочешь. Но между нами появляется небольшое напряжение, когда у нас случаются недомолвки.

Его взгляд ничего не выражал.

— Почему у меня такое чувство, что ты на самом деле имеешь в виду «у меня», когда говоришь «у нас»?

Мой ответный взгляд был еще более безэмоциональным.

— Шантаж.

— Не относится к делу.

— После того, как Николь пыталась шантажировать тебя по поводу Бальтазара, я думаю, это становится чертовски уместным.

Этан зарычал, пропустил пыльцы сквозь свои волосы и сцепил пальцы за головой.

— Я бы хотел, чтобы он уважал тот факт, что я намеренно отдалился от него, и, пожалуй, чтобы любезно пошел прогуляться под солнцем. Но на это мало шансов.

Он посмотрел на меня.

— Я не о себе беспокоюсь. Я беспокоюсь о тебе и об этом Доме.

— Здесь Мэллори и Катчер.

— Ради какой-либо прямой неприятности, которую он может доставить, — согласился Этан. Он опустил руки и сцепил пальцы на животе. — Но что, если он попытается здесь воссоздать свое маленькое европейское королевство? Если будет обходиться с людьми в Чикаго, как обошелся с Персефоной и другими? — Он наклонился вперед, между его глаз пролегли линии беспокойства. — Подумай, Мерит, о шторме, который обрушится на нас, на вампиров.

Он был прав; я даже не думала об ущербе, который Бальтазар может нести, оставляя след из крови и трупов по всему Чикаго. Наш относительный мир с городом был недолгим, и нам с трудом удалось сдержать типов с вилами-и-факелами.

— Черт, — произнесла я.

— Точно. — Он вздохнул. — Но мы сделали все, что могли на данный момент. Твоего дедушку оповестили об опасности, и, если потребуется, он известит мэра.