— А если я скажу, что колдуны помогают оберегать Дом от вспышек гнева Бальтазара?

Она помолчала.

— Тогда я попрошу персонал начать ремонт.

— Я ценю это. — Когда она вышла из комнаты, Этан посмотрел на свои часы. — Я собираюсь сделать все возможное для просителей, прежде чем одеться. Ты хотела отчитаться перед Люком?

Я кивнула.

— Я пойду вниз, дам ему несколько минуть подаставать меня по поводу чрезмерного пафоса и пропущенной сегодня тренировки. — От этого на моем лице расцвела улыбка. — О, я совсем забыла. Сегодня никакого Люка90X. Может, у знакомства с большой шишкой есть свои преимущества.

— Поскольку я большая шишка, а ты Страж, ты, пожалуй, могла бы пропускать вообще все эти тренировки.

Я указала на него пальцем.

— Не говори этого Люку. Он любит играть в босса, и ты разобьешь ему сердце. — Я пожала плечами. — Тренировки идут мне на пользу, и это дает мне возможность потусить с Линдси.

Было гораздо веселее быть частью состава охраны, хоть и не совсем одной из них, чем одиноким Стражем.

— В таком случае, поговори с ним, и побыстрее. Из-за нашей утренней интерлюдии мы запаздываем.

Эта интерлюдия была его идеей, но, учитывая, какое удовольствие я от нее получила, я не стала придавать этому значения.

— Я умею определять время по часам. Встретимся в апартаментах.

Если конечно я не придумаю действительно хорошую причину, чтобы избежать всего этого.

***

В Доме Кадогана было четыре этажа — три надземных, на которых размещались кабинеты, залы, библиотека и личные комнаты вампиров; и подвал, где размещались тренировочный зал, склад оружия и оперативный отдел. Последний был личным королевством Люка, высокотехнологичное помещение с мониторами системы безопасности, компьютерами, гигантским столом для совещаний и несколькими вампирами в его распоряжении.

Сегодня там было еще и гигантское ведро попкорна со знаками трех вампирских Домов Чикаго, напечатанных золотом на голубом фоне.

— Миленько, — произнесла я, потянувшись через стол и захватив горстку. — Надеюсь, мы получим платежи за их использование.

— Само собой, — ответил Люк. В то время, как охранники сидели за компьютерами по краям помещения, следя за безопасностью, собирая информацию, Люк сидел в конце стола в джинсах и ковбойских сапогах — как Элен, исключение из политики черного костюма Кадогана — его лодыжки были скрещены на столе, пока он просматривал сегодняшний «Трибьюн».

Заголовок на первой странице, которая была обращена наружу, просто ошеломлял: «МАСТЕР ВСТРЕЧАЕТСЯ С СОЗДАТЕЛЕМ» над фотографией Этана и Бальтазара, обращенных друг к другу. В глазах Бальтазара ясно читался оппортунизм. В глазах Этана ясно читалось беспокойство.

— Рада видеть, что они не потворствуют ему.

Люк хмыкнул, сложил газету по вертикали, затем по горизонтали и положил ее на стол.

— Репортеры любят хорошие истории. — Он постучал по сложенной газете. — Эта, мать ее, одна из пробуждающих воспоминания.

— Ага, — согласилась я. Слишком пробуждающая воспоминания — слишком эмоциональная — на мой вкус. — Она на каждом прилавке?

Люк показал рукой на свой стол, где лежала стопка сложенных, уже просмотренных газет.

— По всему миру. Мы новая популярная неблагополучная семья.

Линдси подкатила к нам свой офисный стул и, схватившись красными ногтями за столешницу, остановилась. Ее светлые волосы были стянуты в высокий пучок, и она подобрала в пару к своему костюму ультрамодные очки в черной оправе, в которых на самом деле не нуждалась.