— Брось ты, я не об этом. Вот если бы мы что-нибудь захотели, то мы могли бы помочь друг другу получить это. Ну вот, например…

— Что например? — раздражительно перебил его Донни. — Чего ты мнешься? Скажи по-человечески.

— Донни, сейчас я еще не знаю, чего мне хочется. Помнишь, как они возле дома дяди Билла охотились? Как гонялись за добычей. Лично я такое никогда не забуду.

— Ну и что с того? Они всегда охотятся, когда есть хотят. Слышал, что этот мужик сказал? У них такой образ жизни, борьба за выживание, — невозмутимо произнес Донни.

— Да наплевать мне на их выживание. Я, может быть, тоже выживать хочу.

— А кто тебе не дает?

— Так вот об этом я и толкую, — прошептал Дюк. — Пора нам позаботиться о нашем собственном выживании. Взять то, что нам хочется.

Минут пять Билл, нахмурившись, молча изучал содержимое прилавка, на котором, помимо обычных фигурок животных и птиц, лежало множество самых разных значков, затем обратился к стоящим позади него Дюку и Донни:

— Идите-ка сюда, посмотрите.

Ребята подошли к столу и начали с интересом разглядывать поделки.

— Обратите внимание вон на те значки, с канюками.

— Сразу видно знатока, — улыбнулся продавец, сухонький, морщинистый, но очень подвижный старичок. — Это действительно пустынный канюк. Но значки дорогие, по десять долларов штука. Тут и работа прямо-таки ювелирная, да еще позолота. Редкость, в наших местах только один мастер их и делает.

Билл хмыкнул.

— Скорее всего больше-то у меня и не будет после всех моих покупок. — Он достал бумажник, вытащил купюры, посчитал — оказалось ровно двадцать долларов. — Возьму два значка.

— Поздравляю, как раз для вас осталось два. Последних. — Продавец подал Биллу две кустарные простенькие коробочки, в которых лежали удивительно красивые значки — темно-бордовые с золотой каймой по краям и золотой фигуркой пустынного канюка в центре.

— Держите. От меня на память. — Билл сунул коробочки Донни и Дюку.

Поздним вечером Донни и Дюк сидели скрестив ноги на берегу ручья, у раскидистого клена. Рядом с ними лежали, разгоняя темноту, два карманных фонарика. Донни вытянул вперед руку, разжал ладонь, и на ней блеснул значок с прямой иглой.

— Теперь зажми ладонь, — сказал Дюк.

Донни сжал. Дюк схватил ладонь друга двумя руками и сдавил ее так, что тот закричал от боли.

— А сейчас сделай то же самое с моей рукой. — Дюк взял свой значок в ладонь и согнул пальцы. Донни сдавил ее, но Дюк не вскрикнул, только лицо его сильно побледнело.

Они положили значки на землю, соединили окровавленные руки и одновременно произнесли:

— Клянусь быть верным всю жизнь.

— Клянусь быть верным всю жизнь.

Глава 17

В открытую дверь гостиной Джо увидел Анну. Она стояла возле большого, прислоненного к дивану прямоугольного предмета, напоминающего картину, и срывала бумагу, в которую тот был завернут. Из-под последнего ее слоя действительно начало показываться полотно в объемной грубоватой раме — разной длины и ширины черные мазки, проведенные наискось, на шероховатой, выкрашенной в белый цвет материи. Распаковав картину, Анна отступила от нее на несколько шагов. Пока она любовалась картиной, Джо вошел в комнату. Услышав его шаги, Анна вздрогнула и повернулась к нему. Джо взял со стола накладную, посмотрел на нее и хмуро произнес:

— Только не нужно мне говорить, что за эту мазню с моего счета снимут триста семьдесят пять евро.