— Тогда тем более вы должны держаться от этого дела подальше…

— А вы бы на моем месте как поступили, мистер О'Коннор?

— Я бы доверил это дело профессионалам, — зло бросил тот.

— По-вашему, я не профессионал?

— Здесь вы любитель, компрометирующий своими действиями работу местной полиции. Пока жители Маунткеннона думают, что вы нас консультируете. Но лично мне ваши советы начинают надоедать. Поэтому я прошу вас, и сейчас уже официально, не мешать ходу расследования. Я, конечно, вам сочувствую, как-никак вы имеете отношение и к погибшей, и к ее матери, но дело есть дело. Надеюсь, что вы меня правильно поняли. С сегодняшнего дня мы больше не рассчитываем на ваше участие в любой форме. — Он чуть поклонился и вышел.

Когда Фрэнк вернулся от Марты Лоусон в участок, Ричи готовил себе кофе.

— Ну как? — спросил он. — Нашел чего-нибудь интересное?

— Ничего, если не считать поздравительной открытки, «валентинки» от Питера Гранта. Она лежала на самом дне шкафа, в комнате Кэти. Не знаю, что и думать. Он, конечно, парень тихий и мухи не обидит, но вдруг он делал ей предложение, а она его отвергла или посмеялась над ним? Черт его знает…

— Давай я съезжу в школу и поговорю с ним, — предложил Ричи. — Ты его уже допрашивал? Ну и что? Я привезу его сюда. А у тебя сегодня выходной, так что можешь спокойно идти домой.

Фрэнк пожал плечами.

— Давай-ка припомним, что он нам говорил о том, как провел тот вечер. Он сказал, что смотрел какой-то документальный фильм про автогонки по телеканалу «Дискавери». Не припомнишь, какая там была тема?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Ричи.

— Тему на канале «Дискавери».

— Не понимаю.

— Там все программы тематические, меняются каждый день. Космос, микрокосмос, преступления, древние цивилизации, ну и так далее. Какая тема была в тот вечер? А, вспомнил! — воскликнул он. — Нора же в тот вечер тоже «Дискавери» смотрела. Показывали исторический художественный фильм о ком-то. Все, значит, никаких автогонок там не было, они к истории не имеют никакого отношения.

— Не волнуйся, я все у него выясню и про историю, и про автогонки. Прищучу его, и он все мне выложит.

— Слушай, Ричи, ты на Питера не дави. Он все сам выложит и так. Будь с ним повежливее, понял?

— Все путем, не проблема.

— Смотри у меня… — Фрэнк покосился на Ричи.

Облокотившись на лестницу, Рэй с улыбкой смотрел на Анну. У ног его стояли две большие бутыли с краской, белой и зеленой. Впервые за последние сорок лет внутренняя часть маяка сияла чистотой — стены посветлели, обновились панели и часть сетки.

— Ну как? Нравится?

— Превосходно! — похвалила она. — Осталось только покрасить. Ты умеешь выводить колера и все такое?

— Умею, конечно. Белая краска пойдет на стены, зеленой покрашу потолок, все металлические части и лестницу, разумеется. Будет очень красиво.

— Тогда я пойду, не стану тебе мешать. — Анна повернулась и начала спускаться.

Ричи оглядел себя в зеркало, остался доволен собой, усмехнулся, провел рукой по гладко выбритым щекам и подбородку. Снял с полки одеколон и, закрыв глаза, тщательно опрыскал лицо, затем, взяв крем, принялся смазывать волосы, одновременно наблюдая, как на руках его вздуваются мышцы и упираются в рукава рубашки. В отличие от многих, с кем он учился в полицейской школе в Уотерфорде, он ежедневно тренировался в гимнастическом зале, поэтому и считался одним из первых по физической подготовке.