Но сейчас ей было на всё это плевать.

Она мерила шагами отцовский кабинет — теперь её кабинет — и не могла остановиться. К окну — разворот. К двери — разворот. Снова и снова.

Телефон лежал на столе и молчал.

Она дала ему координаты сорок минут назад. Квадрат Б-12, призрачная колонна, военные глушилки — ценная информация, добытая за рекордное время. Он сказал «хорошо» и отключился.

И с тех пор — ни звука.

Лилит схватила телефон, набрала номер. Гудки. Ещё гудки.

«Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети».

— Да чтоб тебя! — она швырнула телефон на диван.

Потом подобрала. Посмотрела на экран. Положила обратно. Снова схватила.

Соберись, Лилит. Ты глава рода Мефистовых, а не влюблённая школьница.

Она налила себе виски из отцовского графина. Выпила залпом. Налила ещё.

Был один способ узнать, что происходит. Один источник информации, который знал каждый шаг Калева Воронова. Проблема в том, что этот источник Лилит терпеть не могла.

И это было взаимно.

Она открыла защищённый канал связи с «Эдемом» и набрала код администратора. Подождала. Ещё подождала.

Голограмма развернулась над экраном, показывая крошечную светящуюся фигурку. Фея выглядела раздражённой — впрочем, она всегда так выглядела, когда видела Лилит.

— Миронова, — голос звучал как наждак по стеклу. — Какая честь. Чем обязана?

— Где он?

— А «здравствуйте» уже отменили? Или у тебя вежливость считается слабостью?

— Фея. Я не в настроении.

— А я в восторге. — Фея закатила глаза. — Ладно, что тебе нужно, кроме испортить мне вечер?

Лилит стиснула зубы. Но незаметно, не давая, этой светящейся занозе удовольствия.

— Калев не берёт трубку. Где он?

Фея помедлила. Её свечение стало чуть тусклее — едва заметно, но Лилит уловила.

— Хозяин разделил силы, — Фея перешла на шепот. — Глеб с основной группой ушёл на Каменск. А Хозяин поехал на вторую точку — в Заводской Химкомбинат.

— С кем?

— С водителем. И с этим… блохастым и его носителем.

Лилит моргнула.

— То есть он поехал штурмовать укреплённый объект с водителем и котом?

— Технически, ещё с псайкером, но тот больше похож на испуганный труп, так что не считается.

— И ты его отпустила⁈

— Я⁈ — Фея взвилась. — Ты вообще слышала, что я сказала? Это Хозяин! Его не «отпускают» и не «задерживают»! Его можно только провожать взглядом и надеяться, что он не разнесёт всё в радиусе километра!

Лилит открыла рот, чтобы ответить что-то язвительное, но Фея её перебила. Голос стал тише, почти заговорщицким:

— Погоди. Переключаю на приватный канал. Секунду.

Экран мигнул. Что-то изменилось в качестве связи — звук стал чище, изображение — резче.

— Так, — Фея оглянулась по сторонам, будто проверяя, не подслушивает ли кто. — Теперь он нас не слышит.

— Кто?

— Хозяин. У меня есть… скажем, резервный канал. Для экстренных ситуаций. — Она поморщилась. — Терпеть тебя не могу, Миронова, но сейчас мне нужны союзники.

Лилит почувствовала, как внутри что-то сжалось.

— Говори.

— Его резерв сейчас мал. Два процента.

— Чего?

— Два. Процента. — Фея выделила каждое слово. — После «Небесного Сада» он пустой, как банка из-под варенья. И он едет на штурм и один против неизвестного количества противников.