— Не подходите к нам! — прокричал я. — Держитесь подальше. Этот человек крайне опасен.

Я понимал, как безумно звучат мои слова. Но вероятность моей ошибки была меньше десяти процентов. Огромное количество доказательств совпало, и закрыть на них глаза стало невозможным.

Проблема только в том, что вокруг нас слишком много невинных людей. И я бы с радостью задержал Чижикова позже, но он бы точно скрылся. Это было единственным окном для поимки некроманта.

— Чем он опасен-то, Алексей Александрович? — поинтересовался Петрович.

— Ничем! Ничем! Он меня убьёт! Помогите, пожалуйста! — вопил Чижиков.

— Не слушайте его, — спокойно произнёс я, а затем решил добавить немного лжи, чтобы обезопасить окружающих меня людей. — Он обчистил кассу. Забрал ваши зарплаты. И если вы хотите их вернуть, оставьте нас наедине. Надеюсь, я понятно изъяснился?

Я заметил, как в глазах Игоря блеснуло понимание. Он уже хорошо научился различать, когда я блефую, а когда говорю правду.

— Мечников правду говорит, господа! — тут же взял инициативу пиромант. — Возвращаемся к работе! Вопрос денег наш директор решит сам. Давайте! Живо-живо! Не тратим время.

Благодаря стараниям Игоря работники завода разошлись. Плюс ко всему я надавил на больную для них тему. На зарплату. Теперь Чижиков даже в случае побега не сможет перемещаться по городу. Любой мужик с моего завода тут же передаст мне, где видел вора.

Как только мы остались наедине, я вновь перевёл взгляд на Чижикова. Он продолжал притворяться жертвой. Видимо, рассчитывал, что этим он сможет посеять во мне сомнения.

И это хороший план! Мы ведь уже четыре раза ошиблись в своих догадках. Три долгожителя и один «вампир». Так, может быть, я и в Чижикове ошибаюсь?

Нет. Не сработает у него этот трюк. Я понял, что именно он является верховным некромантом сразу же как только осознал важнейший факт.

Столетний некромант не обязан выглядеть, как старик.

Вот тогда-то у меня и закрутились подозрения, после которых я объединил все доказательства воедино.

— Вы очень жестокий человек, господин Мечников… — простонал Чижиков, закатываясь от надрывного плача. — Да, я помню всю вашу доброту. Вы отвадили меня от ложного лекарского дела, затем спасли от этой проклятой ведьмы. Дали работу! Но всё равно… Приставлять клинок к шее… Разве так можно? Прошу вас, я сделаю всё, что угодно — только не убивайте!

— В таком случае прикончи себя сам, ублюдок, — игнорируя его мольбу, произнёс я. — Не хочу лишний раз лишать человека жизни.

— Я думал, что вы — герой! Я хотел равняться на вас… — продолжал причитать Чижиков. — А вы — обычный психопат. Мясник. Боги, как же я ошибся в вас…

Я не удержался и вонзил саблю глубже. Рассёк самую тонкую мышцу шеи — платизму. И она тут же заросла у меня на глазах, образовав грубый рубец. Обычный человек никогда бы не смог провернуть нечто подобное.

Чижиков опустил голову, упёрся подбородком в мой клинок. Аккуратно утёр слёзы, провёл ладонью по светлыми волосам. А затем медленно поднял взгляд.

И я окончательно убедился в своей правоте. Его голубые глаза стали жёлтыми, а белки глаз покраснели от воспалившихся сосудов.

Денис Чижиков злобно ухмыльнулся, стиснув зубы до скрипа.

— Ладно, — процедил он. — Ты меня нашёл, Мечников. Очень. Хорошая. Интуиция.

Каждое слово отзывалось в моей голове мощнейшей и крайне болезненной вибрацией. Казалось, он даже голосом может распространять некротику.

Я понимал, что прямо сейчас нахожусь на грани смерти. Никакие витки меня не спасут.