Как только мы выгрузили белый порошок из сушильной камеры, я почувствовал мощный приток лекарской магии. А это могло означать только одно — я выполнил одно из требований клятвы. Продвинул лекарское дело вперёд. А это значит, что препарат вышел качественным.

— Жаль, что этого не видит Синицын, — вздохнул Игорь Лебедев, закончив подзарядку огненного кристалла. С помощью его магии мы решили немного сэкономить на закупке новых разогревающих минералов. — Всё-таки он немало сил вложил в развитие этого завода.

— Ничего, мы ему отплатим за это добром, пусть пока немного отдохнёт, — сказал я. — А пока, Игорь, дай сигнал рабочим. Пусть загружают реактивы для иммуномодулятора. Противовирусное придётся сделать чуть позже.

— А почему не наоборот? — поинтересовался он. — Разве препарат против вирусов не будет более полезным?

— Тут можно поспорить, — отметил я. — Даже из названия понятно, что противовирусный препарат выполняет всего одну функцию. А иммуномодулятор пригодится не только людям с инфекционными заболеваниями, но и многим другим. Помнишь, я рассказывал тебе про сахарный диабет, иммунодефициты и хронические воспалительные заболевания лёгких?

— Да, я совсем недавно повторял этот конспект, — кивнул Лебедев.

Хорошо, значит, действительно не забыл. Игорь хоть и не имеет лекарских сил, но уже знает гораздо больше всех живущих в этом мире лекарей. Потому что я передал ему знания из прошлой жизни. Только ему одному. Анне Елиной и Юрию Сапрыкину я дал лишь стандартные знания. Доверить им такую роскошь нельзя. Распространять её пока что не стоит. Иначе в научном мире возникнет масса вопросов о том, откуда я всё это знаю.

Ещё и сочтут каким-нибудь иностранным шпионом. В военных условиях так точно не стоит рисковать. Можно и на плахе оказаться.

— Точно… Я понял твою логику, — обрадовался собственному умозаключению Игорь. — Иммуномодуляторами можно будет лечить больше пяти групп болезней разом. Это — грамотный ход.

— Осталось только проверить их в действии, — сказал я. — Эффект от них точно будет. Формулу я подобрал правильную. Но желательно ещё озаботиться отсутствием побочных эффектов. Иначе с нашими пациентами случится то же самое, что и с Синицыным, который… Ну, ты сам понял.

— Ну что, мужики! — воскликнул Петрович. — Приступаем к следующему заходу. Работы сегодня будет много. Но за хорошую работу полагается хорошая плата. И Алексей Александрович нас не обделит. Верно же, господин Мечников?

— Спрашиваете ещё! — крикнул я. — Когда это я вас обделял?

И мои сотрудники это знали, поэтому после короткого диалога весь завод разразился торжественными криками. А уже через пару минут вовсю пошла подготовка иммуномодулятора.

Я осмотрелся, взглянул на часы. Время до встречи с некромантом ещё есть. Лекарский покров его пока что не фиксирует. Пока что всё идёт по моему плану, вот только для его реализации придётся поспешить.

У меня ещё запланирована проба иммуномодулятора. Если в нём не окажется побочных эффектов, можно будет сразу патентовать и отправлять научную работу о принципах функционирования иммунитета в Санкт-Петербург. Думаю, Ярослав Мечников найдёт способ внедрить ещё одну научную статью в базу лекарской академии наук.

— Что ж, вот и первая порция, Алексей Александрович, — сообщил мне Петрович, рассматривая вещество, образовавшееся на подготовленной мной матрице. — Только я что-то сомневаюсь… Точно такой же белый порошок, как и предыдущий. Их ведь и перепутать можно!

— Так и должно быть.