Хотел было сказать, что она меня уже задолбала своим фатализмом, но решил вести разговор по задуманному маршруту. Высказать ей всё потом успею.

— Тогда мы поступим так: я прямо сейчас перенесу тебя в схватку с вормиксом. Отдавать жизнь не только не обязательно, но и очень нежелательно. Но! Пообещай ничему не удивляться и будь готова выполнить любой мой приказ.

— Это невозможно, — махнула рукой Махиро, указав на катера береговой службы, которые на полном ходу приближались к нам.

— О-о-о-о, тебя ждёт сюрприз! — рассмеялась Аня.

— Да? — спросил я. — Или нет?

— Хм, — замялась Таканахана. — Да к чёрту! Да-да-да, конечно же да! Если тебе реально по силам такое, то я согласна и…

Согласна, так согласна. Продолжая парад поговорок: «Первое слово дороже второго». Слушать дальше я не стал и засунул Махиро в криптор.

— Нам бы теперь ещё толкового воздушника в команду, — хохотнул я от неожиданно пришедшей в голову мысли, — и будет каре из стихий. Всё, уходим!

Пока команда Махиро не успела осознать исчезновение командира, и щёлкает клювами.

В тени, на отдохнувшую довольную Лаву и вперёд.

ㅤ

До пригорода Токио мы долетели за какой-то час. Уже издалека небо озарялось вспышками взрывов и магических разрядов, а гул битвы нарастал с каждой минутой полёта. Когда под нами начались жилые массивы, а впереди в наступающих сумерках засверкало зарево эпичной битвы, мы поднялись немного повыше, чтобы лучше видеть. Да и чтобы не попасть под огонь тоже. Мы хоть и в тенях, но неглубоко, может и прилететь.

Картина, открывшаяся нашим глазам, поражала своим масштабом. В свете угасающего дня северные пригороды Токио превратились в поле грандиозного сражения. Плотная застройка одно- и двухэтажных домиков, пересекаемая лентами скоростных автострад, стала ареной противостояния человечества и чудовищного вормикса.

Гигантская тварь, таких размеров, что, кажется, могла бы проглотить авианосец, неспешно ползла вперёд, оставляя за собой полосу выжженной, чёрной от копоти взрывов, земли. Вокруг неё кипел бой невиданных масштабов. Армия, авиация и сильнейшие маги Японии отчаянно пытались сдержать натиск монстра и его порождений.

Воздух содрогался от рёва реактивных двигателей и взрывов. Истребители и штурмовики проносились над полем боя, выпуская ракеты по защитному полю вормикса. Но все их усилия казались тщетными — снаряды взрывались, не причиняя видимого вреда чудовищу. Лишь вспышки на поверхности барьера свидетельствовали о попаданиях.

На земле танки и артиллерия вели непрерывный огонь, пытаясь сдержать волны тварей, порождаемых червём. Маги, среди которых выделялись яркими светочами силы «Дети Императора», сражались плечом к плечу с солдатами. Но даже их объединённых усилий едва хватало, чтобы всего лишь не дать монстрам расползтись по округе.

Многочисленная военная техника, обступившая вормикса со всех сторон, позволяла прочувствовать масштаб. Танки на фоне этой исполинской туши казались игрушечными, размером со спичечный коробок. Мозг вообще отказывался осознавать, что внизу, под нами — настоящие дома, а не макет пригорода.

Лава маневрировала между летающими тварями и ведущими с ними бои истребителями, то взмывая ввысь, то снижаясь, чтобы разглядеть подробности. С высоты было видно, как меньшие порождения вормикса тащили тела павших — и своих, и людей — к своему создателю. Вормикс поглощал их, словно питаясь смертью и разрушением.

Неумолимость продвижения чудовища, должно быть, внушала японцам священный трепет. Казалось, вормиксу нет дела до всей этой суеты вокруг, как киту нет дела до трепыхания планктона. Он просто полз вперёд, сметая всё на своём пути.

— Как такие чудовища могут существовать? — прокричала Аня.

— Могут… — мрачно ответила Ариэль.