Раскланялся со стражей и двинулся в глубь, направившись не по указанному маршруту, а прямо к центральной площади. В таверну зайти всегда успею, а вот домой нужно поспешить, порадовать одних и огорчить других. Да и богиня напомнила о себе, несколько раз уколов мой палец. Поэтому, не сворачивая, мы с бером шли к кругу возрождения.

По пути, что удивительно, мне не попалось ни одного игрока. Их я уже научился различать, по надменному взгляду бессмертных, почему-то вечно спешащих, или закованных в броню посреди защищённого города с дружественно настроенным населением. Нет, здесь все шли или бежали по своим делам, без суеты, все естественно. Пришло понимание, что местные, они ведь тоже живые, настоящие разумные, рождающиеся здесь, проживающие свою жизнь и умирающие, если повезёт, от старости, а если нет, то от острого кинжала в подворотне ночью. А вот потом, после смерти, что с ними происходит? Возраждаются они заново, потеряв память о предыдущей жизни, или их я теряется в небытии? Почему-то этих знаний я не получил, ни в первое мое обучение у Серого ферзя, оказавшегося верховным богом моего мира, Родом, ни во второе. В следующее мое посещение станции обязательно спрошу его об этом.

До круга возрождения добрались, когда на город стали опускаться сумерки. Рядом никого не было, казалось, местные не замечают этого каменного возвышения с мерцающей, полупрозрачной стеной по краю.

– Приветствую, тебя, игрок. Я привратник этого круга возрождения, какие действия ты желаешь совершить?

– Хочу домой, – устало произнес я. Мгновение, растянутое в вечность, а затем мы с Сваргом оказываемся в игровой часовне, расположенной у ворот в селение Верд.

– Княже, вернулся, – заголосил смутно знакомый голос. Да это же тот самый старик, что докучал мне прошлый раз, а может просто похожий, – люди, радость то какая, благодетель наш почтил своим присутствием!

Нет, с этим скоморохом нужно что-то делать. К счастью, у меня было хорошее настроение, а когда я, пройдя за частокол, увидел спешащего ко мне на встречу Трогарда, так вообще разулыбался.

– Друже, они живы, – не смог я сдержать так нужных воеводе слов, – твои жена с дочкой живы!

Редко такое увидишь, чтоб здоровенный мужик, боец, с которым ты не раз бился плечом к плечу с превосходящим противником, теряя боевых друзей, плакал. Улыбался, а по глазам его бежали слезы радости. Сзади подходили и другие дружинники, многие с вопросом в глазах. Я же, ничего больше не говоря, повернул сначала одно кольцо на пальце, а затем и второе.

Девана появилась как всегда, словно соткалась из тумана, а вот вдова Авакума долго не могла стать реальной. Сначала появился грязно-серый смерч, который мотался из стороны в сторону, пока не замер на месте. И лишь потом их него соткалась вредная старуха.

– Не могли другой возможности придумать, изверги, – тут же запричитала она, – над старой женшиной так издеваться. То в одно место засунули, потом в другое, теперь вообще незнамо куда притащили. Не могли сразу домой доставить.

– Слушай внимательно, женщина, – похоже, пора осадить эту каргу, – сейчас тебя отведут в гостевой дом и там все объяснят. Эй, старик, ну-ка иди сюда! Видишь эту старую перечницу, все расскажи, покажи, как здесь и что. Свободны!

Я перевёл взгляд на Великую охотницу, попеременно разглядывающую Трогарда и Ярослава с явным интересом. Наконец она перевела взгляд на меня.

– Дочь Перуна, благодарю тебя за неоценимую помощь, если бы не ты, неизвестно, когда бы я нашёл нужное место. За мной долг!

– Тёмный, забудь об этом, лучше продолжай то, что начал и не останавливайся на достигнутом. Возможно, вскоре настанет время, когда да мы будем сражаться плечом к плечу с общим врагом, – Девана крутанулась на месте и взмыла в воздух хищной птицей, оставив половину дружины с открытыми ртами.