– Что собираетесь делать, мастер?

Монах задумался и неожиданно пожал плечами.

– Не знаю, мой ученик. Моего ордена больше нет, последователи разбежались. Создавать новый на пепле из прошлого будет неразумно.

– Я мог бы попросить о вас короля, – сказал Нагиль. – У него найдётся место при дворе, раз от шаманов он отказался.

– Отказался? – грустно усмехнулся Имдон. – Или вы ему отказали?

Нагиль поправлять его не стал. Ли Хон предлагал Сон Йонг должность, обещал защиту и хорошую жизнь, а после сам же поправился, что хорошего в дворцовой жизни даже в мирное время почти не найти. Йонг не стала отвечать резко, только улыбнулась ему.

Расставаться с сердечным другом ей было больно. Ли Хону – почти невыносимо.

– Не думаю, что мне найдётся место в новом Чосоне, – медленно произнёс Имдон после затяжного молчания. – Я принадлежу прошлому времени, и мне следует уйти в тень. В конце концов, всем нам это светит. Рано или поздно – тут уж как распорядится судьба.

– Вам ещё жить и жить, – возразил Нагиль, но с сожалением услышал в своём голосе неуверенность. – Вы многому можете научить тех, кто будет восстанавливать страну. Без старых порядков новые не родятся.

– Тут ты прав, – согласился Имдон. – Может быть, я уйду в горы и буду принимать учеников, всех, кто захочет слушать. Делиться знаниями нужно с теми, кто готов принять их. Как ты.

– Я не был готов, – выдохнул Нагиль и слабо улыбнулся.

– Не был, – кивнул монах. – Но именно это сделало тебя тобой.

Они говорили вовсе не об отношениях ученика и учителя, в словах крылось нечто большее, чем можно было распознать сразу. Далёкое прошлое, недавнее прошлое, будущее, сокрытое в тени грядущих дней, месяцев, лет. Нагиль улыбнулся, легко и свободно, только теперь оглядываясь на путь, который прошёл от храма Воды, что стал ему домом, до победы в этой войне.

Он был потерянным ребёнком без надежды на хорошую жизнь, а стал генералом всего Чосона, за которым шли тысячи тысяч воинов. В этот момент его привела череда случайностей, и сомневаться в своём предназначении Нагиль теперь не смел.

– Спасибо за всё, мастер. – Он низко поклонился Имдону, тот кивнул.

– Спасибо тебе, мой ученик. Уверен, тебя ждёт великое будущее.

– Хотелось бы его избежать, – усмехнулся Нагиль. – Довольно на мою жизнь пришлось великих событий. Теперь я хотел бы быть простым человеком и тревожиться о простых вещах.

– Твоя правда. Что ж, на этом, думаю, наши пути расходятся.

Они поднялись с колен, поклонились друг другу, и Нагиль ушёл из придворного храма.

Солнечный свет заливал дворцовые павильоны, отстраиваемые заново после пожаров и других бедствий, ярко зеленела выросшая трава и трепетали на летнем воздухе распустившиеся цветы у пруда. Тепло окружало дворец, Хансон и сердце Нагиля.

Во дворец прибыл генерал Хигюн с внушительным отрядом людей: Йонг узнала от служанок, что он привёз в столицу японских торговцев, и хотела не сталкиваться ни с кем из них. Только у Ли Хона были другие планы. Он вызвал к себе Йонг, Нагиля, весь Совет, как будто решил провести повторную церемонию коронации или собственной свадьбы.

– Мне это не нравится, – сказала Йонг, столкнувшись в коридорах с Нагилем. Он шёл в Кынчжон, облачённый в лучший ханбок, под которым скрывались два меча – его и Рэвона. – Скажи, что мы не ждём новой войны, а?

– Мы не ждём новой войны, – повторил за ней Нагиль, твёрдо и громко. Йонг прищурилась. За ними вереницей семенили служанки с тётушкой Чхве во главе, воины Дракона, Дочери. Что происходит?..

– Чего тогда мы ждём? – спросила Йонг, оглядываясь на провожатых.