— Так это что-то вроде древнего эльфийского духовного квеста, обряда посвящения и закрытой избирательной компании, все в одном?

Губы Трента разошлись.

— Ну, да-а-а, — пробормотал он, выглядя смущенным. — На самом деле, это неплохое сравнение. Именно поэтому Квен не смог помочь, и перелет исключался. Мне позволено ехать на лошади или машине, современном ее эквиваленте.

Я кивнула, вздрогнув, когда пятая свеча упала.

— А я? Кто я?

— Ты — мое зеркало, мой меч и мой щит, — ответил Трент сухо.

Я покосилась на него, чтобы убедиться в том, что он серьезен. Зеркало?

— Времена меняются, да? — сказала я, не зная, что и думать. Свеча не приклеивалась, и я начала расстраиваться.

— Мне нужно быть в Сиэтле в воскресенье, или все напрасно. Рэйчел, это самое важное событие в моей жизни.

Свеча продолжала катиться, и Трент резко выбросил руку и поймал ее. Я застыла с вытянутой рукой, мои глаза сузились, когда Трент подышал на основание свечи и быстро приклеил его к зеркалу. Мой взгляд направился к луне, бледной под солнечным светом. Может быть, это был его последний срок. Эльфы любили помечать вещи луной.

— Я же не должна помогать тебе его украсть, не так ли? — спросила я, и Трент покачал головой, не в силах скрыть свое облегчение от того, что я поверила ему. А я ему верила.

— Если я самостоятельно не смогу предъявить на него свои права, значит, я его не заслуживаю.

Вернемся к вопросу об эльфийском квесте по достижению совершеннолетия.

— Я хочу иметь право участвовать в этом вопросе, — сказала я, и Трент моргнул.

— Извини?

Я подняла плечо и опустила его, аккуратно наливая немного активированного проводника сигнала на зеркало.

— Если я твое зеркало, меч и щит, тогда я хочу влиять на то, как оно будет использоваться. Я видела твою работу, и мне не нравится, как ты добиваешься своей цели. Может, семья Элизабет будет лучше управлять эльфийской расой, чем ты.

Глаза Трента широко распахнулись.

— Ты не веришь в это.

— Я не знаю, во что верю, но я хочу участвовать в решении этого вопроса.

Особенно, если это так сильно тебя беспокоит.

Подвигав ртом, Трент, наконец, справился с собой.

— Ты и представления не имеешь о том, чего просишь.

— Я знаю, — сказала я легкомысленно. — Но вот мы здесь. Так да или нет?

Трент выглядел так, будто собирается сказать «нет», но потом его поза изменилась, и он улыбнулся.

— Я согласен, — сказал он легко, протягивая руку над зеркалом вызова— У тебя будет такое право.

Его глаза засверкали, как у Ала, но моя рука вытянулась, и мы пожали друг другу руки над подготовленным проклятием. Его пальцы были теплыми в моих, приятными, и я быстро убрала руку.

— И почему у меня такое чувство, будто я совершаю ошибку, — пробормотала я, и улыбка Трента стала шире, еще больше беспокоя меня.

— Рэйчел, я на протяжении двух лет пытался вовлечь тебя в это. Если благодаря этому у меня получится сделать первый шаг, то так тому и быть.

Его глаза упали на проклятие.

— Оно готово?

Дерьмо, неужели я только что начала с ним сотрудничать?

Чувствуя себя больной, я кивнула, поднимая ветку красного дерева и макая ее в активированный проводник связи. Я сделала быстрое движение против часовой стрелки, прежде чем коснуться ее вершиной тыльной стороны ладони Трента, потом своей, создавая между нами символическую связь.

Трент неодобрительно посмотрел на влажное пятно на руке, будто желая стереть его, и я с резким звуком положила ветку рядом со своей сумкой.