Поэтому, оказавшись за столиком ресторана «Волга», я заказал себе сразу несколько блюд. Уху, буженину под луком и бараний бок с гречневой кашей.

— Господин Мечников! — расхохотался Павлов. — Да вы никак с голодного края приехали?

— Видимо, ваши информаторы недостаточно хорошо работают, раз до сих пор не сообщили вам, как долго я ничего не ел.

— Хм… — хитро ухмыльнулся он. — Похоже, кто-то перенапряг свои магические каналы, не так ли? Лично у меня всегда пробуждается такой же аппетит, когда я слишком переусердствую с лечением пациентов.

— Давайте уйдём от этих отвлечённых тем. Меня интересует сразу несколько вопросов. Но начать я хотел бы с того подозрительного факта, что вы оказались на вокзале ровно в тот момент, когда я прибыл в Саратов. Значит, Владимир Харитонович, вы заранее знали, что я уже еду. Возникает резонный вопрос — и откуда же вы всё знаете? — спросил я. — Это ведь не может быть простым совпадением.

— В данном случае даже не стану скрывать от вас и так очевидный факт. Я очень тесно сотрудничаю с газетчиками, — заявил Павлов. — В прошлый раз именно я попросил их опубликовать информацию о начале наших соревнований. Кроме того, с ними очень удобно работать. Корреспонденты есть везде — даже в Хопёрске. Они очень хорошо маскируются, имеют множество контактов и всегда могут сообщить самую свежую информацию через магическую почту. Которую я, разумеется, оплачиваю сам. Вы, возможно, спросите, почему я вам всё это рассказываю…

— Не спрошу, — поглощая горячую уху, ответил я.

— А я всё равно отвечу. Потому что вам уже не удастся воспользоваться той же хитростью, Алексей Александрович, — произнёс Павлов. — Я заключил договор со всеми редакциями, которые есть в Российской Империи. За исключением самых мелких и неконкурентоспособных, разумеется.

— Не беспокойтесь, я и не планировал с ними сотрудничать. Пресса меня не интересует, — ответил я. — Единственная известность, которая мне важна — это известность моих изобретений. Давайте лучше перейдём к главной теме. Вы вместе с редакцией, как я понял, пришли к выводу, что первый раунд нашего соревнования привёл к ничье. Правда, моего мнения почему-то никто не спросил.

— А вы со мной не согласны? — прищурился он. — Мы оба создали два великолепных аппарата. Разве можно в данном случае определить победителя?

Можно было бы углубиться в спор и объяснить Павлову все недостатки созданного им УЗИ, но мне не хотелось этого делать. Для человека, который, в отличие от меня, родился в девятнадцатом веке, изобретение и вправду великолепное. Пусть Владимир мне не нравится, пусть мы конкурируем, но обесценивать его труд я не стану.

— Как я понял, вы уже придумали условия для второго раунда нашего соревнования. Озвучите их? — спросил я.

— Разумеется! До этого у нас был месяц, чтобы создать новое изобретение. А что вы скажете, если на этот раз у нас будут одни сутки на работу?

— Сутки⁈ — чуть не поперхнувшись бужениной, спросил я. — Это слишком маленький срок для создания качественного изобретения.

— Нет, разумеется, перед этим у нас будет время на подготовку. Скажем, неделя. Такой вариант вас устроит? — поинтересовался он.

— Неделя подготовки и сутки безостановочной работы над задуманным проектом? — уточнил я. — В теории это возможно, если с нами будет работать целая команда.

— Конечно, не спорю, — помотал головой Павлов. — Можем условиться, что помогать нам может только пять человек и не более того.

Такая группа может создать что-то полезное, если заранее продумать план. Идти на поводу у Владимира мне не хочется, но, с другой стороны, это вновь даёт мне хороший шанс продвинуть своё изобретение в массы.