– Я… Конечно, сударь.

Томмер повернулся к Валиане и посмотрел на нее с такой теплотой, которую я не предполагал увидеть у мальчика, прошедшего через подобные ужасы.

– Она – моя сестра, раз я так говорю. – Он сел рядом с ней, положил голову ей на плечо и закрыл глаза. – Лекарь осмотрит ее в первую очередь.

– Давайте позволим решать, кого осматривать первым, тому, кто лучше всего в этом разбирается, – раздался голос из толпы. – Расступитесь, болваны.

Стражники пропустили вперед седого старца, который нес в руке кожаную сумку лекаря. Судя по его расшитым красным с золотом одеждам, он был дворянином. Старик взглянул на Томмера, затем на Джилларда, встал на колени и приподнял веко Валианы. Пощупал ее лоб и шею, приложил ладонь к щеке.

– Меня зовут Фиренси, – сказал он. – Моя рука кажется тебе холодной или горячей?

– Немного холодной, немного, – ответила Валиана.

– Она ранена в грудь, – сказал я. – Почему вы…

– Я знаю, где находится рана. Мне нужно понять, как ее тело справляется с ней.

– Положить ее на спину?

– Если хотите убить ее. – Лекарь открыл саквояж и вытащил маленький деревянный ларец. Внутри лежали белые пилюли. – Высунь язык! – приказал он Валиане и положил одну пилюлю ей в рот. – Не глотай, пусть рассосется. Боль уменьшится, и тебе станет легче.

Я вспомнил Бейтину и ее глупых лекарей со сладенькими микстурами, которые избавляли от боли, но не исцеляли.

– Где-нибудь поблизости есть деревенская знахарка? – спросил я.

Фиренси поднял брови, но продолжал смотреть на Валиану.

– Считаете меня придворным фатом, который только и делает, что прописывает богачам ароматические снадобья, чтобы они лучше ублажали своих женушек в постели?

– Я… – Не стоит злить этого человека, лучше от этого не будет, возможно, мне просто следует помолчать. – Нет, я..

– Так вы абсолютно правы, – сказал он и вытащил из саквояжа бинты, пластыри, иглы и пузырьки и поставил их рядом. – Я люблю вкусно есть, сладко пить и мягко спать, и чтобы постель мне застилала служанка. – Он повернулся ко мне и положил руку на плечо. – Но матушка моя была деревенской знахаркой и при желании могла даже полумертвого поставить на ноги. Я позабочусь об этой девушке и сделаю всё, что в моих силах. – Он надавил пальцами на какой-то нерв в плече девушки, словно вогнал туда огромную булавку. – А теперь не мешайте мне и позвольте заняться своим делом.

Я разжал объятия и помог усадить Валиану к стене, но она тут же схватила меня за руку.

– Не хочу умирать, Фалькио.

Я поглядел на нее. Длинные волосы висели сосульками, мокрые от пота пряди прилипли к сморщенному от боли лбу.

– Наверное, выглядит совсем по-другому, но я не хочу. Я боюсь смерти, ужасно боюсь, – прошептала она. – Когда рыцари… Мы с герцогом Джиллардом пытались помочь Томмеру, сэр Истан и Пэррик охраняли вход, чтобы никто на нас не напал. Сэр Тужан и тот, второй, были ранены и выглядели ужасно, но они тут же вскочили с пола – я ничего еще понять не успела, а сэру Истану уже перерезали горло, а Пэррику пронзили бок.

– Ладно, потом расскажешь. Ты не умрешь. – Я посмотрел на Фиренси, который доставал ошметки плаща из раны, хоть кровь продолжала течь. Если он и знал судьбу Валианы, то глаза его этого не выдавали.

Валиана закашляла.

– Тужан сунул руку в синий мешочек и бросил порошок прямо нам в лицо.