Такое же хрупкое положение и во всей Тристии, подумал я. Раз герцог и все члены его семьи мертвы, то кто теперь будет править Арамором? Кто-то из лордов или отдаленных маркграфов возьмет власть в свои руки и начнет новую герцогскую династию? Может, кто-то из них замыслил и разыграл это убийство? Но нет, рыцари даже не задумывались о такой возможности: ведь тогда до созыва Совета герцогов им пришлось бы взять власть в свои руки, чтобы не допустить хаоса и кровопролития. А это означало, что власть перейдет к сэру Шурану, рыцарю-командору Арамора, если, конечно, его рыцари последуют за ним. Еще неделю назад они казались такими верными и дисциплинированными, но с тех пор произошло многое: Шуран поехал с нами в Карефаль, а герцога убили. К тому же он защищал плащеносцев, тех самых ублюдков, которые, с точки зрения рыцарей, убили герцога. В Араморе разгоралась война, и политика перестраивалась.

– Священнослужители! – наконец произнес Шуран.

В зале стояло несколько мужчин в зеленых одеждах, но никто из них не вышел вперед. Взгляд Шурана упал на молодого парня с редкими черными волосами, который пробормотал:

– Да, рыцарь-командор…

– Кому молился герцог?

– Простите?

– Я задал простой вопрос. Какому богу молился герцог Исолт? Вы же были его личным духовником, не так ли?

– Был, сэр Шуран.

– Разве он не рассказывал вам, какому богу поклонялся? Как же вы могли руководить его духовной жизнью, если не имеете понятия, кому он молился: богу Войны или Любви?

В зале послышались сдавленные смешки, но они быстро утихли.

– Аргентусу, богу Монете, рыцарь-командор, – сказал коротышка, напоминавший хорька. – Все герцоги Араморские следовали учению Аргентуса.

– А члены семьи герцога? Они тоже молились Аргентусу?

– Конечно, – ответил духовник.

– Хорошо, – сказал сэр Шуран. – Хоть что-то узнали.

– Я не понимаю, какое это имеет значение, – пробормотал сэр Геридос.

Сэр Шуран пропустил его слова мимо ушей.

– Когда умирает верный слуга Монеты, куда отправляется его душа?

– В руки самого Аргентуса, разумеется, – сказал духовник. – Чтобы пировать и радоваться в небесном доме, который создан его богатствами на земле.

– Что? – спросил Шуран. – То есть вы говорите, что верный слуга Аргентуса не проводит время, рыдая от боли и сожалея о своей смерти?

– Конечно, нет, рыцарь-командор. Такая участь ждет только неверующего, который… – Духовник заметил взгляд сэра Геридоса и замолчал.

– Довольно, – сказал сэр Геридос.

– Вы все еще слышите голос нашего герцога, рыцарь-капитан? – спросил сэр Шуран.

– Сейчас не время для…

– Я задал вам вопрос, сэр Геридос. Вы слышите вопли и стенания герцога?

Сэр Геридос оглядел комнату, но, не увидев поддержки, ответил:

– Я лишь имел в виду, рыцарь-командор, что народ Арамора потребует, чтобы виновникам произошедшего было воздано по заслугам. И отомстить за них – это наш долг.

– А-а, – протянул сэр Шуран. – Вот теперь мы хоть в чем-то пришли к согласию.

– Хорошо, тогда…

– Но не по вопросу отмщения, сэр Геридос. Народу нет дела до отмщения. А если и есть, то скоро у них начнутся совсем другие заботы.

Геридос посмотрел на Шурана так, словно тот только что швырнул ему кошель с золотыми монетами.