После ухода Дэвенпорта Тень Любви надел ботинки и куртку и, не говоря ни слова, куда–то отправился. Старая белая тетка снова рухнула на матрас и вскоре захрапела рядом с мужиком, который так и не проснулся. Желтая Рука через полчаса вышел на улицу. Он послонялся по местному «Кей–марту», но ушел оттуда с ощущением, что кто–то за ним наблюдает. В «Ларгетто» было то же самое. Ничего явного, всего лишь белые типы в галстуках из искусственного шелка.

Он пожалел, что Джиниль и Ганди нет в городе. Если бы они не отправились во Флориду, они бы все разбогатели.

Джиниль была очень черной. Когда она работала, она заплетала волосы во французские косички и красила губы розовой блестящей помадой. На правой щеке у нее был уродливый шрам, результат необдуманной драки с мужчиной, который держал в руке открывалку для пивных банок. Этот шрам наводил на всех ужас.

Если Джиниль была плохая, то Ганди был поистине кошмарным типом. Такой бледный, точно его лицо выкрасили белой краской, со взглядом, говорившим, что парень вдыхает что–то ужасное. Может, эфир. Или самолетное топливо. Токсические отходы, например. В общем, его глаза всегда были широко раскрыты, а язык то и дело выскальзывал изо рта, совсем как у змеи. В качестве украшения, в придачу к жуткому лицу, Ганди носил на шее стальные кольца, черный кожаный ошейник с шипами и доходившие до колен черные кожаные сапоги. Ему было двадцать — по тому, как он держался, становилось понятно, что он еще молод, — но его тонкие, как шелк, волосы были совершенно белыми. Когда Джиниль и Ганди входили в «Кей–март» белые парни в галстуках из искусственного шелка теряли рассудок. Пока страшная парочка разгуливала по магазину, Желтая Рука выносил в переднюю дверь ящики с добычей.

Господи, как же ему их не хватало.

Через час после того, как он вышел на улицу, он сумел разжиться радио часами и тремя калькуляторами в аптеке «Болгарина». Он продал их за дозу, выкурил ее и уплыл в сказочную страну. Впрочем, путешествие получилось не слишком приятным, потому что, проваливаясь в забытье, он уже знал, что его ждет холодная реальность ломки.

Под вечер он попытался украсть ящик с инструментами на заправке. И у него почти получилось. Но, когда он заворачивал за угол, служащий его заметил и громко закричал. Ящик был слишком тяжелым и убежать с ним воришка не мог, поэтому он его бросил, а сам помчался прочь через задние дворы ближних домов. Служащий вызвал копов, и Желтой Руке пришлось целый час прятаться под лодочным трейлером, пока полицейская машина объезжала район. К тому моменту, когда он зашагал назад в Пойнт, уже полностью стемнело. Ему требовалось подумать. И еще был нужен план. До очередной платы за аренду жилья осталось два дня. А ночи становились все холоднее.

Тень Любви курил сигарету, когда пришел Желтая Рука.

— Одолжишь мне пару баксов? — попросил у него паренек.

— Я не могу спускать деньги на крэк, — ответил Тень Любви и потянулся к картонной пачке «Мальчонок». — Хочешь сигарету?

— Послушай, друг, я не собираюсь покупать крэк, — заныл индеец. — Мне нужно поесть. Я целый день ничего не ел.

Он взял сигарету, и Тень Любви зажег для него спичку.

— Знаешь что, — проговорил Тень Любви через некоторое время, уставившись на Желтую Руку своими белесыми глазами. — Мы можем вместе сходить в забегаловку у реки, где делают тока. И я куплю тебе полдюжины.

— Это далеко, друг, — пожаловался парень.

— Тогда иди к чертовой матери, — сказал Тень. — Я съезжаю отсюда. Спасибо, что пустили к себе.