11

Миша

Как мне потом рассказали, спасло меня то, что я сразу потерял сознание. Когда это дошло до Ромы, он перестал меня бить. А так, может, и до смерти забил бы…

Врач привел меня в чувство, наклеил пластырь на переносицу и уехал, сказав напоследок:

– Считайте, что отделались легким испугом.

Рому, естественно, забрали в милицию. Павильон понемногу опустел, я остался один.

Я заметил на стуле Ромин пиджак, который он почему-то не надел. Повинуясь какому-то слепому инстинкту, я подошел к стулу и сунул руку в карман его пиджака. Ага, ключи от машины! От его гнусной «Волги»…

И мгновенно во мне все перевернулось. Я вдруг понял, что должен сейчас сделать. От этого намерения у меня перехватило дыхание.

Я выбежал на улицу, завел Ромину машину и поехал… к Миле.

Я, разумеется, помнил, где она живет, и остановился неподалеку от ее подъезда.

Не прошло и часа, как я ее увидел! Мне показалось, что это знак судьбы. Я не видел ее столько лет, а теперь так запросто и быстро с ней встретился.

Мила подходила к подъезду. Выйдя из машины, я небрежно на нее облокотился и негромко окликнул:

– Мила!

Она повернулась. Замерла. Сначала прищурилась, а потом широко распахнула свои огромные глаза.

Я молчал, выжидая.

Наконец она несмело шагнула в мою сторону.

Я, не шелохнувшись, дожидался.

– Миша, – полувопросительно сказала она, приблизившись. Как будто не была уверена, что я – это я.

– Он самый, – улыбнулся я. – Как поживаешь, Мила?

– Нормально, – протянула она, все еще с удивлением изучая меня. – А как ты?

– В данную минуту – прекрасно, – улыбнулся я.

– А… как ты здесь?

– Случайно. Ехал, ехал и вот заехал. Не хочешь прокатиться?

Мила помешкала секунду, потом кивнула:

– Давай.

Мы сели.

– Это твоя? – спросила Мила, имея в виду машину.

– Угу.

– А у меня нет, – зачем-то сказала она. – А ты где сейчас?

– Инженером. На «Красном пролетарии».

– Неплохо, – одобрительно посмотрела на меня Мила. – А я во ВНИИТЭ. Слышал о таком? Его недавно открыли на ВДНХ.

– Слышал, конечно, – соврал я. – Так куда поедем?

– Не знаю, – пожала она плечами. – На твое усмотрение.

– Хорошо, – сказал я, трогаясь с места.

Я не совсем знал, что у нее спросить, но зато она так и сыпала вопросами:

– Ну, как ты жил все это время?

– Нормально.

– Значит, институт все-таки окончил?

– Угу.

– Наш?

– Да. Заочно.

– А… семья? – осторожно спросила Мила.

– Что семья? – пожал я плечами. – Мой завод – моя семья.

– Хотела бы я так сказать про свой коллектив, – вздохнула Мила.

– Что, не устраивает коллектив? – покосился я на нее.

– Не то чтобы… Хотя все, как у всех, – махнула она рукой. – Я просто хочу сказать, что если ты нашел свое место, работу по душе… и прекрасно себя чувствуешь на работе, то тебе очень повезло.

– Да, слышал такое, – усмехнулся я. – Счастье – это когда утром хочется на работу, а вечером – домой.