– Спокойно, – железным голосом отрезал Петр. – Тебе шеф сколько раз говорил: «Дисциплина – прежде всего». Если б мы этому не следовали, тебя бы на свободе давно уже не было…

– Тьфу, сплюнь лучше! – поморщился Василий.

Азия с любопытством следила за спором двух бандитов. Заметив в зеркале ее заинтересованный взгляд, Василий подмигнул девочке.

– Слышь, – обратился он к ней, оскалившись, – ты тоже небось пить хочешь? Газировочки, а?

– Ты за дорогой лучше следи! – поморщился Петр.

Но Василий не удостоил его ответом.

– Ладно, – снисходительно произнес Петр. – Вон видишь – бочка кваса у той заправки? Притормози, я возьму… А ты за ней проследишь, – кивнул он на Азию.

– Опять я следить? – недовольно заметил Василий. – Ты же знаешь: я детей не переношу. Они меня боятся.

– Эта, как видишь, не боится, – заметил Петр, косясь на хранящую невозмутимое молчание Азию.

– А вот мы сейчас проверим, – ухмыльнулся Василий, остановив машину.

Он обернулся к девочке и скорчил ей отвратительную рожу, сопроводив это действие не менее отвратительным звуком – чем-то средним между мычанием быка и ревом медведя.

Азия никак на это не отреагировала, оставшись в том же состоянии абсолютного спокойствия.

– Ха! – радостно воскликнул Петр.

– Что, неужели не боишься? – озадаченно спросил у девочки Василий.

– Нет, – ответила та. – Я самурайка.

– В эту ночь решили самураи перейти границу у реки… – нарочито фальшивым голосом пропел Василий. – Нет, за ней глаз да глаз нужен, – обратился он к Петру. – А то еще харакири себе сделает…

– Себе не сделаю! – презрительно фыркнула Азия. – А вот кому-нибудь из вас – могу!

– Ну ты подумай! – заржал Василий.

– Вот и гляди за ней в оба, – усмехнулся Петр. – А то действительно сделает тебе какое-нибудь харакири… И откуда ты только такие слова знаешь?..

– Да это я киношку недавно смотрел, – небрежно ответил его напарник. – Японскую. Вот и запомнилось.

– Материал, что ли, изучал? – вновь усмехнулся Петр.

– Вроде того…

– Ну ладно, значит, вам будет о чем поговорить, – заключил Петр. – До скорого, – бросил он и вышел из машины.

– Папиросы захвати! – крикнул ему вслед Василий.

* * *

Когда через десять минут Петр вернулся, то увидел такую картину. Полуобернувшийся назад Василий с недовольным выражением лица смотрел на Азию. Девочка неподвижно сидела с закрытыми глазами в позе лотоса.

Петр хмыкнул и громко спросил Василия:

– Ну как?

– Тридцать три, – шепотом ответил Василий.

Петр ничего не понял и тоже перешел на шепот:

– Что «тридцать три»?

– А что «ну как»? – насмешливо посмотрел на него Василий.

Петр недовольно поморщился: мол, глупая шутка. А вслух по-прежнему тихим голосом спросил:

– А почему шепотом? – Он перевел взгляд на Азию: – Спит она, что ли?

– Пес ее знает, спит или нет, – пожал плечами Василий. – Ты чего так долго-то?

– Звонил, – лениво пояснил Петр.