– Тогда отпусти меня! – взмолилась она.

– Так ведь я тебя не держу, – развел я руками.

– Хорошо, – поджала она губы. – Но ты можешь отвезти меня в город?

– А зачем тебе туда?

– Ну как же, Миша! У меня ведь семья, ребенок, работа, наконец!

– Ах, ребенок? – вскинул я брови. – И муж?

– Ну, конечно, и муж!

Я покачал головой:

– Ты об этом и словом не обмолвилась до этой минуты. Ни о ребенке, ни о муже.

– И что, ты мне не веришь? – поразилась она.

– Нет.

– Ты ведь тоже ничего не сказал о своей личной жизни! Вот и я промолчала!

– Я не сказал, потому что нечего говорить.

– И решил, что мне тоже нечего говорить?

– Да, ты ведь промолчала.

– Миша, это какой-то дурдом! Что ты несешь? Что ты вообще делаешь?

– Это не дурдом, – резко поправил я. – Не дурдом. Это – мой дом.

– Хорошо, твой дом, – смиренно сказала она. – Но почему я должна оставаться в твоем доме? Если я этого не хочу?

– Хочешь, – убежденно сказал я. – Просто сама еще не знаешь.

– Да не хочу я! С чего ты решил, что мне это… что я на это… соглашусь вообще?!

– Ты ведь села в мою машину. Поехала со мной.

– Значит, дура была, что поехала! – воскликнула Мила. – Просто по старой памяти… Теперь я вижу, что это была глупость. Надо было поздороваться с тобой и пойти домой.

– К несуществующему мужу? – усмехнулся я.

– К еще как существующему! – отчеканила она.

Я посмотрел на часы:

– Ладно, пойду я. Чем раньше уйду, тем раньше вернусь.

– Я пойду с тобой! – заявила Мила.

– Не советую, – покачал я головой.

– Почему?

– Ты за мной не поспеешь.

– Ладно, иди, – с напускным равнодушием махнула она рукой. – Только предупреждаю: я сбегу. Так и знай.

– А этого я тем более не советую, – заметил я. – Если попытаешься, только заблудишься. Мы очень далеко от населенных пунктов.

– Я все-таки попытаюсь, – настаивала она.

– Мила, не надо! – призвал я. – Для тебя это будет верная смерть. Я ведь помню: у тебя пространственный идиотизм. Ты сама так говорила. Да я и сам сколько раз замечал… Ты на соседней улице могла заблудиться, а не то что в лесу.

Мила замолчала. Крыть ей было нечем.

– В общем, отдохни, не скучай, – скороговоркой сказал я и быстро вышел.

Когда я отдалился от дома метров на десять, то оглянулся и увидел, что Мила стоит у домика, пристально глядя мне вслед.

Я нарочно ускорил шаг, чтобы у нее не возникло соблазна угнаться за мной.

* * *

Вскоре я был уже в городе. Подогнал машину к «Мосфильму» и поспешил на автобус до Дубровки.

Успел как раз вовремя – как только запрыгнул в автобус, тот тронулся с места.

– Ну, вот и я! – бодро воскликнул я, снова входя в свой домик.

Мила сидела на кровати, глядя на меня с ненавистью.

– Рад, что ты проявила благоразумие, – сказал я, имея в виду то, что она не попыталась сбежать.