Тем не менее в ответ он заорал:

– Кусиков?! Где ты, мерзавец?!

Голос в трубке хмыкнул и так же спокойно продолжил:

– Это никакой не Кусиков, товарищ Воронов. Я вообще не знаю, о ком вы говорите. Повторяю: ваша дочь у нас, и она может вернуться к вам очень скоро. Сразу как только вы соберете деньги.

– Ах, так теперь тебе нужны деньги? – с ненавистью зашипел Роман.

– Товарищ Воронов, – с легким недовольством ответил голос. – Прошу мне не тыкать. Мы с вами не знакомы. Я разговариваю с вами первый раз в жизни. Давайте говорить по существу: вы хотите вернуть свою дочь? Ведь так?

– Так, скотина, так, – подтвердил Роман.

– Товарищ Воронов, если вы будете продолжать в том же духе, я увеличу сумму. Пока она еще не слишком для вас непомерная.

– Сколько? – процедил Роман.

– Десять тысяч, – был ответ. – Всего-навсего.

– У меня нет… – пробормотал Роман.

– Верю, – сказал голос. – Но вы можете найти. Занять, продать что-то… У вас наверняка есть машина…

– Где и когда? – резко перебил Роман.

– О, вот это уже деловой разговор, – одобрил голос. – Я перезвоню вам через неделю.

– Давайте раньше.

– Когда же именно?

– Завтра. В это же время.

– Вы уверены, что так быстро соберете деньги?

– Да.

– Что ж, с вами приятно работать, товарищ Воронов. Хочу только попросить воздержаться от ненужных действий вроде обращения в милицию или передачи нашего с вами разговора третьим лицам.

– Само собой, – буркнул Роман. – Послушайте, вы, кажется, не Ковалев?

– Нет, я не Ковалев.

– Но вы его знаете?

– Не стану об этом распространяться.

– Ладно. Могу я услышать Азию?

– Вашу дочь? – Голос ненадолго замолчал. – Что ж, это можно. Когда я позвоню завтра, она будет рядом со мной и поговорит с вами.

– А сейчас?

– Сейчас она не рядом со мной.

– А рядом с кем?

– Да ни с кем, успокойтесь, пожалуйста. С ней все в порядке.

– Почему я должен вам верить?

– Потому что у вас нет другого выхода, – резонно пояснил голос. – Но я могу вас понять: вы не хотите стать жертвой мошенничества. Обещаю вам, что завтра вы услышите дочку и поймете, что не напрасно отдадите деньги. Ведь она стоит десяти тысяч, ваша Азия?

– Ей вообще нет цены… – прошептал Роман.

– Я в вас не сомневался. Вы по-настоящему любящий отец. Как, впрочем, и я.

– Что-то не верится, – не выдержал Роман.

– Напрасно вы так думаете. Я тоже человек, и ничто, как говорится, человеческое… Словом, до завтра, товарищ Воронов. Надеюсь, мы обо всем договорились.

– Я тоже на это надеюсь, – сказал Роман, но в трубке уже звучали гудки.

* * *

Весь оставшийся день и первую половину следующего Роман собирал деньги.

Он переговорил со всеми знакомыми режиссерами, чьи фильмы недавно вышли в прокат. Гонорар постановщика за картину был солидным – от двух тысяч и выше.

Поскольку в кинорежиссерском окружении собрать в долг даже такую большую сумму, как десять тысяч, было легче, чем в любой другой среде, Роман справился с этим менее чем за сутки.

Ему даже не пришлось продавать свою «Волгу».