Его большая ладонь легла между ее ног.

— Я хочу познать тебя всю.

— Я предлагаю тебе свое тело, — сказала она хрипло. — Делай со мной все, что пожелаешь.

***

Рейдж был на полпути через Гудзон, направляясь в другую часть Колдвелла на своем GTO, когда ощущение удушливости и головокружение накрыли его словно тонной кирпичей.

Проглотив порцию желчи, он опустил стекло и выключил обогреватель. Не помогло. Примерно милю спустя, он чуть не съехал на обочину.

— Соберись, тряпка.

Совсем расклеился. Да что с ним такое? Он не был ранен, и с нетерпением ждал, когда выведут на чистую воду Эссейла и его зеркальных кузенов-близнецов. Скоро он увидится со своей возлюбленной шеллан и прокатит ее на своей любимой машине. Жизнь была чудо как хороша, как ни крути.

Ему просто надо взять себя в руки.

На этой ноте он крепче сжал руль и начал выстукивать легкий ритм свободной ногой.

Близко. Он был уже так близко.

Может, ему просто надо быстро обнять свою Мэри.

Клинику Хейверса перенесли в новое, ультрасовременное место, и Рейджу довелось бывать там пару раз: первый, когда он получил ранение в живот, и времени ехать в особняк Братства не было, и еще один раз, когда надо было забрать оттуда Мэри, которая приезжала навестить женщину и ее маленького сына. Может, и больше. Он не помнил.

Рейдж, наконец, добрался до поворота, проклиная отдышку. Если все продолжится теми же темпами, ему понадобится медицинская помощь.

Может, это вирус. Человеческие вампиры не цепляют, раком, слава Богу, тоже не болеют, но запросто можно подхватить простуду или грипп и заразить потом всю семью.

Наверное, так и было.

Не иначе.

Когда свет фар GTO, наконец, скользнул по глухому, серому бетону, Рейдж почувствовал, как что-бы-там-ни-было слегка отпустило его, и это стало приятным сюрпризом. По крайней мере, он не встретит свою Мэри, сидя с застывшим, устремленным в одну точку, придурковатым взглядом.

Выйдя из машины, он подошел к багажнику и поднял вверх темно-фиолетовую панель.

При виде сумки Мэри, которую он сам упаковывал, вернулись все симптомы: голова закружилась, вспотели ладони — словно он и не стоял на холодном ветру в одних кожаных штанах и майке.

— Хватит с меня этого дерьма. — Он схватил сумку за ручки и закрыл багажник. — Ты должен взять себя в руки.

Подойдя к невысокому зданию, он вошел в неприметный холл и прошел процедуру проверки. Мгновение спустя за ним пришел лифт. Как и множество вещей, которым приходилось по мере необходимости работать в дневное время, новейший объект Хейверса полностью располагался под землей, верхняя часть служила лишь прикрытием, отсекавшим посетителей от возможных проблем.

Таких как люди. Или убийцы.

Вниз под землю. В комнату ожидания. Выходя в приемную, он задался вопросом, как он будет искать…

— О, Боже, ты уже здесь.

Его Мэри кинулась к нему так, словно за ней кто-то гнался, и когда она прыгнула в его объятия, он бросил эту чертову сумку, закрыл глаза и обнял ее так сильно, что казалось поразительным, что она все еще могла дышать. Но, когда она сказала, о, Боже…

Ее запах, ощущения ее тела, когда она обняла его шею руками сильно-сильно, все это было как живительный глоток воды в пустыне, который подпитывал и возвращал силу.

— Я так скучала по тебе, — прошептала она ему на ухо. — Очень-очень сильно.

Не желая ставить ее на пол, он наклонился и поднял сумку, а затем понес Мэри и сумку с одеждой в дальний угол, подальше от глаз сотрудницы регистратуры.

Которые сосредоточились на их паре, словно в этот самый момент женщина прописывает в голове романтические этюды.

В любом случае, его это не раздражало, но он не собирался транслировать свое воссоединение с любимой всему миру.