Он не осмелился посмотреть на Селену. Это было чертовски тяжело.

Подойдя к Мэнни, он по-мужски обнял парня, а затем мягко приобнял Джейн и Элену.

— Спасибо за вашу заботу.

Мэнни покачал головой.

— Если бы только от нее была польза.

— Иногда, — айЭм пожал плечами — Ничего нельзя сделать.

Он направился к двери, толкнул ее… и нахмурился, когда на руках остались щепки. Господи, сталь изогнулась, каркас вышел из границ.

А за ней, как там в народе говорят, у всех глаза на мокром месте.

— Что мы можем сделать? — спросил Король, шагнув вперед и протягивая руку.

Подойдя к Рофу, айЭм пожал ее, а затем в шоке осознал, что его дернули и с силой прижали к огромной грудной клетке. На мгновение он позволил себе прогнутся под мощью объятий короля, пока не почувствовал, что ноги отрываются от пола.

Но здесь ему пришлось взять себя в руки. У него еще были важные дела.

Отступив назад, он увидел группу Избранных и вдруг почувствовал какое-то необъяснимое с ними родство.

— Трэз поговорит с вами позднее, — сказал он, — но Селена хотела, чтобы вы знали, что она очень сильно любила вас всех. Это было тяжело, в конце… она не могла говорить. Но мы чувствовали ее любовь к вам всем. — Он замолчал, встретившись с янтарным взглядом Фьюри. — И тебе тоже.

— Она была очень достойной женщиной, — сказал Праймэйл на Древнем языке. — Бесценный дар для наших традиций и обязанностей, а также человек, значимый своими личностными качествами. Сегодня ночью и на века в Забвении она заняла достойное место.

айЭм кивнул, потому что никак не решался осознать, что жизнь женщины прервалась. Вот так живет человек, а потом… ррраз… и она ушла, словно ее никогда не было, и остались после нее лишь прозрачные, размытые воспоминания, как свидетельство того, что она на самом деле существовала.

— Мне надо кое-что ему принести. Из раздевалки. — Господи, слова давались ему с таким трудом. — Это для наших приготовлений к…

Он позволил фразе повиснуть в воздухе.

Проходя мимо Тора, он остановился. Мужчина был белым, как полотно, и покачивался на ногах, его темно-синие глаза были полны страдания.

— Мне так жаль, — услышал айЭм свой шепот.

— Боже, зачем ты говоришь мне это? — выдохнул Брат.

— Я не знаю. Совершенно не имею понятия.

Он крепко обнял мужчину, чувствуя с ним глубокую связь. Затем отстранился, сжал плечо Осени с мыслью… Господи, ближайшие ночи будут долгими для этой пары, ведь Тор снова впадет в ПТСР.

Брат точно знал, что испытывал Трэз в этот момент.

Рейдж стоял дальше всех, и, как ни странно, казалось, был, в худшей форме. По крайней мере, его Мэри была рядом с ним.

— Все будет в порядке, — солгал айЭм.

По правде говоря, он понятия не имел, что произойдет дальше.

— Ты должен позволить мне хоть что-то сделать, — сказал Голливуд сквозь стиснутые зубы. — Я должен… я должен хоть чем-то помочь.

— Ты здесь. Этого достаточно.

айЭм обнял парня, а затем продолжил свой путь в раздевалку. Толкнув дверь, он замер, какое-то время просто дышал. Затем подошел к шкафчикам с правой стороны.

Здесь лежали четыре сумки «Найк» в четырех отделениях, и он взял их, одну за другой. Держа по две в каждой руке, он поднял тяжелый вес и протиснулся с ними обратно.

По традиции Теней, останки обрабатывались священными минералами и очищенной водой много раз, пока над ними произносился перечень молитв. Потом тело обертывали ароматными тканями, а затем покрывали растаявшим воском.