Никому из его людей не была известна личность его поставщика, и он должен сохранять тайну. Он в таком положении уже оказывался… последнее, что ему нужно, чтобы кто-то попытался его подсидеть.

А тот факт, что оптовик был вампиром?

Забавная штука.

Сделка этой недели была запланирована на полтора часа после захода солнца, вблизи — но не слишком близко — к карьеру. Ушло добрых сорок пять минут по шоссе на то, чтобы добраться до района, и сейчас настало время для «тише едешь — дальше будешь». Дорога по участку в тысячу акров была однополосной, такой же объезженной, как и заброшенная козья тропа, ухоженной как наркопритон. Деревья и кусты ломились с обочин, превращая проезжую часть в туннель, а впереди, в свете фар сияли знаки, предупреждавшие о заболоченности территории.

Спустя двадцать ярдов он потушил фары. Как и у его поставщиков, внедорожник был оснащен для движения в темноте, а глазам понадобилось лишь мгновение, чтобы привыкнуть.

Скажем спасибо Омеге.

Искомый поворот показался через четверть мили по левой стороне, и по грунтовой дороге он поехал еще медленней. В его человеческом прошлом, когда он проворачивал подобные обмены, его сердце всегда билось как сумасшедшее перед встречей. Сейчас же у него просто ничего не осталось в груди, он был спокоен как удав. Благодаря модифицированному шасси и мозговой деятельности, он мог управляться с происходящим что с помощью, что без помощи оружия и прикрытия.

Так что, нет, он нисколько не беспокоился. Даже перед обменом на миллион долларов между двумя криминальными элементами.

Когда он, наконец, добрался до места встречи, «Ренж Ровер» его «партнера» уже стоял на пустоши, смяв молодые деревца и кусты при развороте в три приема, чтобы машина смотрела капотом к выезду. Когда он подъехал водительской дверью к двери Ровера, они оба опустили стекла.

Вампир, заправлявший импортом, был вылитым Дракулой: черные, зачесанные назад волосы, глаза — словно два лазерных прицела Глока, полный рот клыков, аура, будто он ловил кайф, причиняя боль.

Но его мозги функционировали также, как и у Мистера К.

— Четыре сотни, — сказал Мистер К, протягивая вещевой мешок.

Когда он высунул его из окна, вампир взял сумку и передал ему точно такую же.

— Четыре сотни.

— Сорок восемь? — спросил Мистер К.

— Сорок восемь. Один, сорок девять и сорок?

— После захода. Девяносто.

— После захода. Девяносто.

Они подняли стекла одновременно, и вампир ударил по газам, уезжая с выключенными фарами.

Мистер К также развернулся капотом к выезду и последовал за ним; как только они вышли на асфальт, поставщик свернул налево, а он — направо.

Без свидетелей. Без осложнений. Все четко синхронизировано.

Для двух убежденных врагов, находившихся по разные стороны баррикад, они чертовски хорошо ладили.

***

Абалон, сын Абалона появился перед историческим домом в одном из богатейших кварталов Колдвелла.

В двести семьдесят первую ночь он приходит в этот прекрасный особняк.

Разумеется, только сумасшедший станет считать дни, но он не мог сдержаться. Его шеллан давно в Забвении, его дочь вот-вот будет представлена обществу Глимеры для поисков супруга, и назначение Первым Советником Рофа, сына Рофа, было единственной памятной датой, которую он мог отмечать.

Не было и ночи, когда он не гордился тем, что пошел по стопам своего отца в служении престолу.

Или, по крайней мере, как правило, не было. Но впервые он чувствовал, будто подводит своего отца и Короля.