— Да, пожалуйста. Уверен, она будет в восторге.

— Я лично позабочусь о ее безопасности, — сказал Зэйдист, кивая, будто приносил клятву. — У меня тоже есть дочь. Я хорошо понимаю твои чувства.

Да, подумал Абалон. Он слышал, что Брат Зэйдист вопреки грозному виду был семейным мужчиной, воспитывавшем любимую дочь.

Абалону внезапно стало легче, и он низко поклонился воину со шрамами.

— Спасибо, господин. Драгоценней ее у меня ничего нет.

— Хорошо. Тогда решено. — Потом Роф изменил положение головы, будто смотрел через плечо Абалона на библиотеку. — Кор предсказуем в своей звериной жестокости, воин старой закалки, выходец из лагеря Бладлеттера. Но финальный залп против моего трона был тактическим, спланированным с учетом закона и моей королевы-полукровки. Так бьются аристократы. Кор не сам вытащил этот план из задницы… его приготовил кто-то вроде Тро. Это единственное возможное объяснение. Поэтому он мог на самом деле порвать все связи с Кором, и даже если он не сказал ни слова лжи? Мы не скоро узнаем, кому он на самом деле предан.

Абалон не собирался, но внезапно для себя его руки потянулись вперед и обхватили ладонь Рофа. Поднеся черный бриллиант к губам, он поцеловал кольцо.

И снова поблагодарил Деву-Летописецу за то, что на троне сидел правильный мужчина.

— Мой господин, я предан вам одному, — выдохнул он. — Только вам.

***

Как только Роф не просто покинул территорию, но и пределы почтового индекса, пришло время показать Тро средний палец и, превратившись в Братьев Харди, выдвинуться по адресу, который он дал им.

Рейдж покидал библиотеку последним, и — чисто поржать — проходя мимо Тро, прыгнул в его сторону с «Бууу!», как в фильмах ужасов, заставив ублюдка отскочить назад, вскидывая руки и закрывая лицо.

Размазня.

На передней лужайке Рейдж достал телефон и быстро написал: Все в норме. С Рофом все ок. Едем осмотреть вторую точку. Он замер. Потом напечатал: Что на тебе надето?

Он убирал трубку, когда внезапно нахмурился и послал второе сообщение на другой номер: Как ты? Что-нибудь нужно?

— Итак, готовы? — спросил Ви.

Фьюри и Зи кивнули, а Рейдж спрятал телефон в карман и размял костяшки.

— Как я хочу найти там Ублюдков. Мне просто необходима хорошая рукопашка. Ой, как нужна.

— Как я тебя понимаю, — пробормотал кто-то.

Один за другим они растворились, потоком молекул направившись в совершенно иной район. Они снова приняли форму, в самом начале тупика в строящемся квартале, полном домов стоимостью в две-три тысячи долларов, в которых, наверняка, жили семьи, растившие детей, и белые воротнички на самой нижней ступени карьерной лестницы, отчаянно желавшие сменить свои БМВ третьей серии на пятую.

Процветающие яппи.

Господи избави.

Они беззвучно перешли с режима «пассивно вооруженные» в «полные руки пушек». Подступив к нужному зданию со всех сторон, они вчетвером разделились и подошли к темному дому в колониальном стиле с четырех направлений компаса.

Натянув черный капюшон, чтобы сильно не сверкать белобрысой макушкой, Рейдж взял на себя задний левый угол, материализуясь через деревья, приближаясь, но оставаясь в укрытии леса. Выпуская инстинкты на волю, он прощупал то, что могло оказаться под крышей, за крепкими стенами, остаться за пределами черных окон.

Ничто не свидетельствовало о чьем-либо присутствии. Ни единой вспышки света. Внутри не двигались тени. Ни звука — ни в доме, ни на периферии.

Сверяясь с Зи, который мог видеть то, что было за пределами его левого глаза, и с Фьюри, который следил за правым флангом, он показал рукой вперед… и материализовался на крыше.