Затем он вынул из чемодана темную плоскую свечу, поджег ее и поставил рядом с глиняной фигуркой. Свеча загорелась необычным, очень ярким пламенем.

Через минуту человечек ожил, задвигал ручками и ножками, затем встал. Он подошел к огню, будто посмотрел на него, затем отправился в противоположную сторону, в темноту.

Но там был холод. Мы увидели, как движения человечка замедляются. Далеко отойти от огня он не смог, вернулся к свече и неподвижно сел возле нее.

Через минуту свеча погасла, и человечек скрылся в темноте.

Альберт взял его и положил на ладонь. Он не шевелился.

— Теперь это снова глина, — с грустной улыбкой поведал мужчина, и смял его в комок.

Зрители зааплодировали.

— Никогда такого не видел, — восхищенно произнес Томилин. — Потрясающе. Но это же не последнее, что у вас есть?

— Конечно, не последнее, — заверил Нечаев.

Он достал из чемодана хрустальный человеческий череп и положил его на стол.

— Используется для вызова духов. Что-то вроде обычного для нас спиритизма, но, если не побояться, можно посетить мир духов самому. Хотя я никому не рекомендую так делать, потому что оттуда можно и не вернуться. Многие, кстати, не возвратились!

В подтверждении его слов пламя свечей внезапно затрепетало, некоторые из них погасли и в темноте наверх потекли тонкие темные дымки.

— Все здесь люди опытные, не первый год интересующие мистикой и колдовством, — отметил Томилин. — Давайте что-нибудь попробуем.

— Что именно? — проявил интерес Альберт.

— Вызвать кого-нибудь… пусть ответит на какие-нибудь несложные вопросы. Он ведь сможет? Духи знают больше, чем люди.

— Ладно, — пожал плечами Нечаев. — Давайте попробуем, хоть я и не уверен, что из этого получится что-то хорошее.

— Прошу соблюдать тишину, — продолжил он после паузы. — И распорядитесь, пожалуйста, принести большое блюдо.

— Столовое блюдо? — с удивлением уточнил Томилин. — Да?

— Да, именно его. Хрустальный череп является копией настоящей человеческой головы, которая лежала на обеденном столе во время древних церемоний. А порезанное на куски тело в это время раскладывалось по тарелкам, будучи основным блюдом для пришедших гостей.

Кто-то негромко ойкнул. Кто именно — в темноте я не разобрал.

Томилин встал из-за стола, вышел из комнаты, и через минуту дворецкий принес огромное фарфоровое блюдо.

Альберт положил череп на его центр, и он засветился кровавым огнем.

— Прошу тишину, — опять напомнил мужчина и начал нараспев произносить какие-то заклинания на неизвестном мне языке. Снова в закрытой комнате зашумел ветер, заколыхалось и задрожало пламя, а потом череп произнес:

— Я здесь.

Говорил точно череп, а не Альберт занимался фокусами с чревовещательством. У меня на такое глаз наметан.

Гости дружно вздрогнули. Потом кто-то из них, одолев страх, спросил:

— Кто ты?

— Я не знаю.

— Где ты живешь? — задала вопрос одна из девушек.

— Я не живу, — последовал мрачный ответ.

После такого все на минуту замолчали. Пауза была тягостной, поэтому решил вмешаться я.

— Скажи, что будет с Империей?

— Будущее не предопределено, — изрёк череп. — Даже боги не всесильны. Песчинка может сломать огромный механизм.

— Хорошо, тогда скажи вот что: почему Император не доверяет тем, кто имеет магические способности?

— Его душа темна и противоречива. Он не любит магию и боится ее.

— Но он же не посадит всех, имеющих отношение к магии, в тюрьму? — спросил Трепов.

— В этом нельзя быть уверенным, — ответил череп.