Поблагодарив их, я сказал, что мой шеф несомненно обратится за помощью к полиции штата, возможно, непосредственно к майору Райсу. Однако мне трудно предположить сейчас, каково будет содержание такой просьбы. Добавил, что доложу своему начальству, что оказанное им содействие принесло большую пользу.

К тому времени все трое так и лучились радушием. Но я не обманывался на этот счет. Их презрение в отношении городской полиции поколеблено не было, меня же они стали рассматривать как исключение. Я поспешил назад в Брук-сити. Лэрри Бринт жаждал узнать, как там с моим одним шансом из пятидесяти. Позвал я и Джонни Хупера. Все им подробно изложил, они же являли собой весьма внимательных слушателей.

10

Обсудив ситуацию со всех сторон, мы условились встретиться позднее. Через некоторое время Лэрри снова вызвал меня к себе. Сказал, что у него был долгий разговор с майором Райсом по телефону.

— Единственное, в чем мы сошлись, это в том, что мы ничего не выиграем, если позволим просочиться известной нам информации. Только в этом мы и согласны. Райс полагает, что нам следует развернуть совместную операцию, нанести неожиданный удар всеми силами, которые мы сможем собрать, в том числе подразделениями Национальной гвардии. Перекрыть все дороги, развернуть поиск с самолетов и, постепенно сжимая кольцо, в конце концов их поймать.

Я медленно покачал головой.

— Две тысячи четыреста квадратных миль очень сложной местности, Лэрри. У них будет сотни способов ускользнуть от облавы, как только они смекнут, что происходит. К тому же тамошние жители расценят всю эту демонстрацию силы как вызов и станут всеми силами помогать Макейрэну и его компании.

— Он не смог убедить меня принять его замысел, а я не смог убедить его принять твой план, Фенн. Он считает, что мы делаем чересчур много предположений. Говорит, мы предполагаем, что они собираются провернуть какое-то дело именно в Брук-сити, что повторят трюк с древесиной, когда будут сматываться, что с холмов спустятся по дороге № 882, но самое главное — это наше предположение, что, отдав им инициативу, мы намереваемся их задержать да так, чтобы при этом никто не пострадал. Говорит, что их может оказаться больше, чем четверо, и там еще эта женщина черт знает откуда взялась, что у них могут быть и другие машины, что они напридумывать в состоянии столько всего заковыристого, да и вообще у них в голове совсем иные замыслы могут оказаться. И он прав. Ты это знаешь, Фенн, и я знаю. И даже если бы нам все же удалось засечь их, когда они появятся в городе в соответствии с твоим планом, это вовсе не значит, что когда мы к ним подберемся, они шаркающей походкой выйдут нам навстречу с поднятыми руками и словами изумления.

— Однако…

— Послушай лучше меня вместо того, чтобы морочить мне голову, что в игре, которую ты затеял, у тебя верный выигрыш. Попробуй посмотреть на это под другим углом. Вчера у нас произошел побег и волнения в тюрьме — едва ли не худшие в истории штата. Много убитых. Трое из них — охранники. Один — заместитель начальника тюрьмы. На свободе опаснейшие головорезы. Вокруг этого дела поднимается вонь, и она будет все сильнее. Отстранен от работы начальник тюрьмы Уэйли. А теперь давай просто вообразим, что мы стали выполнять твой план, но дело сорвалось. Черт побери, неизбежно просочится, что все знали, что эти люди находились на холмах, мы же терпеливо ожидали, когда они к нам пожалуют. Какова, на твой взгляд, будет после этого карьера у Райса, не говоря о твоей или моей? А, парень?

— Я… я понял, что вы имеете в виду.