— Что ж, можем сказать, что кое-какие наши догадки подтвердились, но мы на шаг отстаем от этой публики, — выдавил я. — И признаемся, что будь у нас побольше решимости и сообразительности, мы бы сняли телефонную трубку и договорились о еще одном посте возле Полксберга, где бы их ждали с ордером на задержание этого фургона, самое было бы время сцапать их, прежде чем они к холмам умчались.

— Но тогда все казалось гораздо более зыбким, чем теперь, Фенн. Наверно, вам лучше домой поехать. Вид у вас совсем измочаленный.

Той ночью я спал очень скверно. К моменту, когда рассвело, я уже давно не спал, усталый от полузабывшихся снов, наполненных всевозможным насилием. Мне удалось выскользнуть из спальни, не разбудив Мег. Я поймал начавшуюся в шесть часов программу новостей, уменьшив звук настолько, что я еле его слышал.

Задержали еще двоих. На свободе оставались пятеро. Человек по фамилии Прайс, человек по фамилии Секлер и три закоренелых бандита, приятели Моргана и Дуайта Макейрэна. К тому времени, когда встали Мег и дети, я выпил столько кофе, что избавился от отвратительного ощущения, преследующего вас после бессонной ночи.

Придя на службу, стал слоняться по нашей конторе, не в силах сконцентрироваться, ожидая прихода Лэрри.

Как только он вошел, я сразу же попросил разрешения слетать по делу в Мелтон.

— Это зачем?

— Пятьдесят шансов к одному — это потеря времени. Все так зыбко, что лучше потом расскажу, если дело выгорит.

Он взглянул на меня с сомнением, пожал плечами и разрешил.

Туда было шестьдесят пять миль, и я доехал быстрее чем за час. Казарма для проживания работников полиции штата на восточной окраине поселка Мелтон являла собой традиционную закопченную постройку с флагштоком, радиомачтой и ухоженной лужайкой. Дежурный сержант, назвавшийся Боскаттом, был румянощеким человеком с холодным взглядом голубых глаз. Оттаял, правда лишь слегка, когда я предъявил золотой значок. Наши строевики отличаются высоким боевым духом. Их тщательно отбирают и готовят, им весьма прилично платят. Он заявил, что в данный момент является старшим, и поинтересовался, чем может быть полезен. Ни на кого из них не производит впечатление появление офицеров городской полиции, судя по всему, они нас считают жалкими мздоимцами, неумехами, близкими родственниками политиканов.

— Я по поводу поста, контролируемого людьми из вашей казармы, сержант.

— Не слишком ли далековато от границ вашего города, лейтенант?

— Порядка шестидесяти пяти миль, приблизительно.

Каждый из нас попытался поддеть другого. Победил я.

С неохотой он проговорил:

— Что касается нашего поста, лейтенант, то сняли мы его меньше часа назад.

— А разве пять человек еще не…

— Четверо еще не пойманы. Мы убираем наши заграждения, когда время их убирать.

— Полагаю, это весьма здравое наблюдение — для специалиста по дорожным заграждениям, коим я не являюсь. Кто же из них задержан?

— Келли!

Мгновенно я растерял девяносто девять процентов моей уверенности. Почувствовал себя дураком. Рушилась вся стройная теория, которую я мысленно строил.

— Келли, — тихо повторил я.

— Это одна из причин, почему мы сняли пост. Его обнаружил фермер в канаве в тридцати милях к востоку отсюда, в канаве возле проселочной дороги, в пятидесяти ярдах от основной дороги на Полксберг. Собака у этого фермера лаем залилась возле того места. Келли был мертв. Сзади в него пуля попала, разнесло плечо в клочья, он массу крови потерял, но умер он не от этого, а потому что кто-то, у кого очень сильные руки, задушил его.