— Очищенным… — прошептал Беррис. — Вы предлагаете мне пройти через Чистилище?

— Можно сказать и так.

— После нескольких недель затворничества я пять лет занимаюсь душевным стриптизом на виду у всей Вселенной. Так?

— С оплатой всех расходов.

— С оплатой всех расходов… — повторил Беррис. — Да. Чок, я согласен на вашу пытку Теперь я ваша игрушка, можете делать со мной все, что хотите. Только человек мог бы отказаться от вашего предложения. Но я согласен. Я-то согласен!

X

ФУНТ МЯСА

— Он в клинике, — произнес Аудад. — Его начали обследовать. — Он потянулся к вороту ее платья. — Ну скорее, Элиза.

Элиза Пролиссе раздраженно отмахнулась.

— Что, серьезно, Чок может вернуть его в человеческое тело?

— Без сомнения.

— Значит, если бы Марко вернулся живым, его тоже?..

— Слишком много «если», — пробурчал Аудад. — Марко умер. Раздевайся, родная.

— Подожди. Меня пустят к Беррису в клинику?

— Не исключено. Зачем тебе это?

— Просто так. Поговорить с ним. Он был последним, кто видел моего мужа живым. Он может рассказать мне, как умер Марко.

— Вряд ли тебе захочется это знать, — пробурчал Аудад. — Марко умер, когда с ним пытались сделать то же самое, что сделали с Беррисом. Как только ты увидишь Берриса, сразу поймешь, что Марко повезло.

— Все равно…

— Вряд ли ты захочешь это знать.

— Как только он вернулся, — мечтательно закатив глаза, произнесла Элиза, — я просила о встрече с ним. Я хотела расспросить о Марко. И третий, Малкондотто, — у того тоже осталась вдова. Но нас даже близко не подпустили к Беррису. А потом он исчез. Ты мог бы провести меня к нему?

— Держись от него подальше, для твоего же блага советую, — сказал Аудад и дрожащими пальцами провел по магнитным застежкам ее платья. Щелчок, щелчок, еще щелчок — полы платья разошлись. На свет появились массивные, удивительной белизны полушария с ярко-красными кружками сосков. Аудад хрипло задышал и потянулся к Элизе, но та на полпути перехватила его руки.

— Ты поможешь мне увидеть Берриса? — спросила она.

— Я…

— Ты поможешь мне увидеть Берриса. — На этот раз как утверждение.

— Да.

Руки, преграждавшие А уд аду путь, опустились. Дрожащими пальцами он снял с Элизы платье. Какая красивая, в очередной раз пронеслось у него в мозгу, не девчонка, зрелая, пышнотелая женщина — и какая красивая. О, эти итальянки! Белая кожа, темные волосы. Sensualissima!  Пускай посмотрит на Берриса, если так приспичило. Интересно, Чок не станет возражать? Босс определенно дал понять, кого он хотел бы увидеть вместе: Берриса и эту девчонку, Келвин. Но, может, сначала — Берриса и вдову Пролиссе? Мозг Аудада бурлил идеями.

Его худощавое тело нависло над Элизой; та подняла на него затянутые поволокой глаза.

Последняя деталь ее нижнего белья с шуршанием сползла на пол. Под Аудадом раскинулись бесконечные акры абсолютной белизны, с редкими островками красного и черного.

— К Беррису. Завтра, — прошептала Элиза.

— Да. Завтра.

Он обрушился на ее наготу. На левом бедре Элизы он увидел узкую полоску черного бархата. Траур по Марко Пролиссе, которого постигла непостижимая кончина от рук непостижимых существ на непостижимой планете.