Оживив новый корабль, Рэй влюбился в него сразу и, видимо, надолго: какая мощь, какая легкость в движениях, несмотря на громадную массу, какая истовая готовность исполнить любое повеление!.. Чтоб управляться с этой махиной, вполне хватало недоеденной команды Псов, а запас прочности у механизмов был таков, что спецы теперь могли прохлаждаться, ограничиваясь рутинным обслуживанием. Вот кого не помешает набрать – это настоящих солдат‑Истинных, сформировав из них десантный батальон. К слову сказать, десяток “жуков” и три “единорога” были уже припасены в трюме корабля.

Вернувшись в океан, Рэй недолго гадал, куда плыть. Собственно, вариантов было два. Первый: повернуть на юг, чтобы добраться до Тиберии, где по Южной Реке можно нагрянуть в Джаву, тамошнюю столицу, вовсе не ожидавшую нападения со стороны океана, и порезвиться там от души, заодно попытавшись захватить новое оружие, о котором переполошенно шипели пластуны, точно гнездовье потревоженных болотных змей, а от Топи паника расходилась по всей Империи.

Но куда заманчивее казался другой путь, на север. Вкруговую обогнуть едва не треть материка и очутиться по другую сторону Огранды, в Загорье, большая часть которой залита водой,– вот там для его восьмиствольного красавца открываются отменные перспективы. Для начала, конечно, следует захватить (врасплох, врасплох!) самозатопляемый городок Водяного, вместе со всем тамошним вооружением, накопленным втайне от коварных, но таких простодушных загорцев, и полонить симпатичную эту лягушечку, Габи. (Прочие царевны тоже сгодятся – следует разнообразить стол.) И вот тогда, при достойном руководстве, энергичном и мудром (даже гениальном, чего уж), славные наши озерники сумеют показать, кто в Империи главная заноза. Мозги у них, судя по всему, варят, разнообразных умений в достатке. Чего им не хватает – это инициативы, слишком полюбили жить в сырости. Даже последний Водяной не столько играл по‑крупному, сколько тешил свои пороки да ублажал слабости. А вот я подарю этим рыбарям даже не материк всю планету. Из мелких своих озерец, давно прирученных, скучных до оскомины, они наконец выплывут в океан и смогут наворотить такого!.. Уж теперь я сумею найти к Лесу подход, возможно, даже не один. Хватило бы людей и техники, а соображения мне не занимать, как и упорства… Но пока начнем с озерников – они станут первым трамплином.

Определившись с целью, Рэй двинулся вдоль побережья, подзывая к океану всех огров, какие могли его услышать: отряды, банды, группки, даже одиночек,– и отбирая из них действительно лучших. А прочих без сожаления оставлял на берегу, даже если по пятам за ними гнались кэнты на превосходных своих машинах (внутри которых мягкотелы оказались не худшими солдатами, чем сами Истинные),– невзирая на возражения Чака, впрочем, довольно вялые.

Работы бывшему комбату прибавилось: следовало принимать, устраивать свежих бойцов, распределять их по взводам, наново выстраивая батальон – ядро будущей армии, наверняка победоносной. Теперь Рэй почти не видел Вепря‑аристократа – и слава Духам, кислая физиономия Чака вполне опостылела ему за декады похода. Похоже, бедняга так и не оправился от устроенный Гердом психоатаки, вдобавок усугубленной ранением,– уязвим, как большинство чистокровок!

Зато полупородные Вепри, а тем более Псы, вели себя, будто ничего не случилось, полностью восстановив прежние рефлексы. (Не рефлексии, боже упаси!) Вот такую психику можно считать устойчивой – другое дело, что чаще она свойственна примитивам.