Если девушка из полиции и растерялась, то всего лишь на минуту. Она перестала маршировать рядом с распахнутой настежь дверью. Села на стул – слева от нее. Закинула ногу на ногу. Сцепила пальцы в замок и пристроила их на колене. На него смотрела, кажется, не моргая. Полезет тут кусок в горло, как же. Но он все равно настырничал и ел.

– Вы закончили? – уточнила девушка, когда он допил чай, доел бутерброд и швырнул сальную салфетку в корзину для бумаг. – А теперь начнем все сначала…

– Послушайте! – взорвался он, приподнимая зад над стулом. – Вы издеваетесь надо мной? Я же ясно дал вам понять, что не знаю, где может жить или скрываться наш бывший сотрудник! Что в моих словах вам кажется загадочным?

– Ничего, – подергала она узкими плечами, затянутыми в черный толстый свитер. – Я просто вам не верю.

– Почему?

Он опешил. Этого еще не хватало! Девчонка из полиции сомневается в его честности? Скверно же, ну! Так и в отдел, чего доброго, затащит. И заставит говорить на камеру и под протокол. А это негативно скажется на его репутации. И на репутации охранного предприятия, которое он возглавляет. У них с вырванными из журнала страницами шума было сколько… Прошерстили все документы, проверили все до запятой. Вышестоящее руководство ясно дало понять, что это в первый и последний раз. А если его потащат на допрос в полицию, о карьере можно забыть.

– Потому что вы мне врете, – ответила ему девчонка. – Вы либо знаете, либо догадываетесь, где может скрываться ваш бывший сотрудник. Но почему-то не говорите. Почему?

Он промолчал. Неожиданно глянул на свои ладони. Они были сальными после бутерброда с маслом и колбасой. А он, идиот, по голове рукой проводил. Теперь и волосы сальные. И на штаны ладони клал. И там теперь пятна. Что за день сегодня такой, а?!

– Я не знаю, честно. Он, пока работал, несколько раз менял место жительства. Жил на съеме. И без конца съезжал. То с одного адреса его ребята забирают. То с другого. Все-то его не устраивало. Или квартира переставала нравиться. Или хозяйка конфликтная. Или неудобно до работы добираться. А где жил в последнее время перед увольнением, вообще не знаю. Только где-то далековато.

– За городом?

– Не знаю. Честно!

Он хотел приложить руки к груди, но вспомнил про сальные ладони и не стал.

– Мне нужны все адреса, откуда его забирали ваши сотрудники, – скомандовала девица, резко поднимаясь.

– Распоряжусь. Подготовим.

Он тоже встал, опираясь ладонями о стол.

– Не подготовим, уважаемый. А вручим их мне немедленно. Если будут номера телефонов арендодателей – вообще супер. Жду!

– Так точно, – кисло улыбнулся он ей.

– И мне необходимо сейчас переговорить с сотрудником, который отвечает у вас за маршрутизацию.

Он внутренне поежился. За это отвечал как раз тот самый конфликтный сотрудник, которому он сам угрожал увольнением, а тот ему в ответ – судом. Наговорит лишнего, нет?

– Хорошо, – выбора у него не было, – пройдемте.

Он провел девушку в тесный кабинет на самом входе в здание. Расположение было отвратительным. Зимой дуло изо всех щелей. Летом в жару дышать было невозможно. И сюда обычно ссылали неугодных сотрудников. Сейчас им являлся Игорь, так звали противного малого, решившегося с ним на конфликт.

В данный момент тот сидел зарывшись в отчеты и даже не поднял головы на звук открывшейся двери.

– Игорь, к тебе тут полиция, – не без издевки произнес начальник.

Пропустил вперед себя старшего лейтенанта. И попятился к двери, намереваясь оставить их одних.