— Возможно, он получил помощь от того, кто может это делать. — Ее глаза встретились с его взглядом. — От  одного  из  нас.

Он  фыркнул:

— От  кого? Кто рискнет оказать помощь Сену Дансидану, зная, что ты посмотришь на это, как на… — Он осекся. — Ты думаешь об Иридии?

— Разве мы знаем, где она? Разве мы выяснили, куда она отправилась отсюда?

Сера  медленно  покачал  головой:

— Нет. Однако, она не осмелится предать нас. Она же понимает, что случится, если она это сделает.

Она поежилась, когда он использовал слово «нас», намекая на то, что он тоже так или иначе был частью процесса принятия решений, когда на самом деле он являлся немного больше, чем еще одним препятствием. Она отвернулась, чтобы скрыть свое презрение, затем повернулась и подошла к окну. Там она стояла какое–то время, размышляя.

— Что ты намерена делать? — спросил он, подходя к ней и кладя свои руки на ее плечи.

Она почувствовала силу этих рук на своих плечах. Они были властными, когда повернули ее лицом к нему. Они недвусмысленно показывали, что именно он все держал под контролем. Она согласно улыбнулась, когда он наклонился и поцеловал ее в губы. Она поцеловала его в ответ, подождала, когда поцелуй закончится, и отстранилась.

— Я намереваюсь выпить чашку утреннего чая до того, как переговорю с теми, кто будет следить за делами ордена в наше отсутствие.

Он  посмотрел  на  нее:

— В  наше  отсутствие? Мы куда–то собираемся?

— На встречу с Сеном Дансиданом, конечно же.

До этого она ничего не говорила ему о своих планах посетить Аришейг. Причина была проста. Она не хотела брать его с собой. Она не намеревалась делать этого по–прежнему, но будет лучше, если он этого не узнает.

— Встретиться с ним? В его доме, в его городе, в окружении его людей? — Джеранд Сера раздумывал над этим. — Это смелый ход, Шейди. Насколько безопасно мы сможем там себя чувствовать?

Она пожала плечами, наливая в чашки чай, бросив в его чашку крошечную таблетку, которую она припасла для такого момента, и наблюдая, как та мгновенно растворилась.

— Мы ведь друиды, Джеранд. Мы не можем позволить себе тревожиться о безопасности. Мы не можем позволить, чтобы нас увидели испуганными.

Она протянула ему чай, стала перед ним, отхлебывая из своей чашки, и с удовольствием наблюдала, как он пил из своей.

— Присядь со мной на кровати. — Она взяла его за руку и потянула за собой. — Наверное, нам нет нужды уходить прямо сейчас. Этот чай разливает по мне тепло. Мне нужно найти способ остыть.

Она улыбнулась и снова отпила.

— Давай, Джеранд. Заканчивай свой чай. Не заставляй меня ждать.

Он допил чай одним глотком и потянулся к ней. Его желания были такими предсказуемыми, такими умилительными. Она играючи выскользнула из его рук. Он все еще ухмылялся, когда снадобье подействовало. Его топорные черты лица резко изменились. Лицо стало дряблым и пустым, а он сам покачнулся вперед, падая на бок.

Это было быстро, подумала она. Она поднялась и посмотрела на него, на то, как его глаза судорожно скакали из стороны в сторону, пока он пытался понять, что с ним происходит. Она подложила ему под голову подушку, затем перекинула на кровать его ноги, чтобы он лежал, вытянувшись на всю ее длину.

— Удобно, Джеранд? Гораздо лучше отдыхать, пока это происходит. — Зная, что он больше не может дотянуться до нее, больше не может двигаться вообще, она наклонилась над ним. Его легкие и сердце еще работали, но уже не так эффективно. Он теперь представлял собой ребенка.

— Я дала тебе снадобье, — объяснила она, присаживаясь возле него. — Оно высасывает силы из твоих мышц и делает тебя парализованным.